Психология как наука. Ее предмет и практическоэ значение




Скачать 59,14 Kb.
НазваниеПсихология как наука. Ее предмет и практическоэ значение
страница4/9
Дата03.02.2016
Размер59,14 Kb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9
Механизмы индивидуально изменчивого поведения

Если механизмы врожденных (инстинктивных) программ сводились к тому, что какой-нибудь простой стимул, выделенный в процессе эволюции вида, запускал в ход сложные, сложившиеся в процессе эволюции программы поведения, то механизм индивидуально изменчивого поведения, осуществляемого при посредстве коры головного мозга, значительно сложнее. Он сводится к тому, что в результате активной ориентировки животного в условиях среды, один из стимулов имевший существенное значение и сигнализирующий появление жизненно важных условий (пищи, опасности) начинает выделяться из окружающей среды и приводит к замыканию новых связей и возникновению новых программ поведения, с помощью которых животное достигает нужной цели или избегает грозящей опасности.

Физиологические механизмы, приводящие к возникновению новых, индивидуально изменчивых форм поведения, детально изучены в школе И.П. Павлова и составляют содержание учения о временных связях и условных рефлексах.

Интерес представляет, однако, описание тех условий, при которых возникают новые, индивидуально изменчивые формы приспособительного поведения животного и те этапы, которые они проходят при своем формировании.

Условия и этапы возникновения новых индивидуально изменчивых форм поведения были детально изучены большим числом исследователей, но особое внимание было обращено на то, как животное достигает нужной цели и какими путями у него вырабатываются нужные приемы поведения.

Исследователи пользовались для их решения методами, которые получили название "выработки навыков" или "инструментальных или оперативных условных рефлексов". Для этих целей животное помещалось в специальную клетку (так называемый проблемный ящик) и приманка (пища) отделялась от него преградой (например, дверью, закрытой на щеколду). Животное должно было нажать на педаль или подвинуть лапой щеколду, дверь открывалась и цель была достигнута.

Другой метод изучения того, как возникают новые, индивидуально изменчивые формы поведения, заключается в том, что животное пускалось в сложный лабиринт, в конце которого его ждала приманка (цель). Исследователь наблюдал, как постепенно животное преодолевало неверные пути и находило нужный путь к цели.

Существенное отличие экспериментов о образованием сложных навыков или "инструментальных условных рефлексов", от примененного И.П. Павловым метода "классических условных рефлексов", заключалось в том, что успех или неуспех животного зависел здесь от активных действий животного, иначе говоря, от характера попыток, которые оно применяло. Хотя метод изучения выработки новых, индивидуально изменчивых форм поведения животного проигрывал по сравнению с методом "классических условных рефлексов" в своей физиологической точности и не давал тех возможностей физиологического изучения нервных процессов (их иррадиации и концентрации, взаимной индукции), которые давал метод И.П. Павлова, он выигрывал в изучении тех конкретных способов поведения, которые применяло животное для решения поставленных перед ним задач, и давал возможность проследить основные этапы формирования новых приспособительных актов, соответствующих новым условиям. Процесс выработки новых, индивидуально меняющихся форм поведения, приводивших к решению поставленной перед животным задачи, объяснялся различными исследованиями неодинаково. Одни объясняли этот процесс с механистических позиций (такие позиции разделяли видные американские исследователи Торндайк, Уотсон и многие представители так называемого "бихевиоризма", американской науки о поведении ) и считали, что новые формы поведения, приводящие животное к достижению цели, возникают в процессе беспорядочных проб и ошибок. В процессе этих проб одно из движений животного случайно приводило к тому, что дверца открывалась, и животное получало пищу. В дальнейшем, подкрепление таких, случайно возникших движений успехом и их многократное повторение приводили к тому, что неадекватные движения отпадали, а успешные закреплялись.

Такое объяснение процесса выработки новых форм поведения, путем закрепления случайно возникших удачных движений, хорошо объясняло их закрепление, но оставляло без анализа сам процесс их возникновения.

Иных позиций придерживалась группа авторов, пытаясь проследить правда, по которым формировались поиски решения животным и которые приводили к возникновению удачных приемов решения поставленных перед животным задач.

Эта группа исследователей (к которой принадлежат американские психологи Толмэн, Крэч, советский физиолог В.П. Протопопов и др.) исходила из положения, что те движения, которые делает животное, пытаясь решить задачу, не носят хаотического случайного характера, а возникают в процессе активной ориентировочной деятельности, при которой животное пытается достичь цели, анализирует ситуацию; избирает то направление движений, которое соответствует положению цели. Такая ситуация "задачи" (которую эти психологи понимают как цель, данную в определенных условиях) или как ситуацию "стимул-преграда" приводит к тому, что попытки животного, направляемые целью, постепенно сужаются и животное постепенно приходит к тому, что у него возникают нужные двигательные реакции адекватные цели, которые в дальнейшем закрепляются.

Преимущество этой теории заключается в том, что она пытается объяснить возникновение нужных форм решения задачи или "навыка" из двигательного анализа ситуации и отбрасывает предположение о том, что нужные движения возникают "случайно".

Тот факт, что иногда достаточно сложные программы поведения животного, пытающегося достигнуть цели, вырабатываются не случайно, а формируются в процессе активной ориентировки в новых условиях и направляются ориентировкой в ситуации, и ее анализом, подтвреждается рядом наблюдений, которые были проведены американскими исследователями.

Одни из таких фактов был установлен при тщательном анализе того, как вырабатывается у животного (крысы) навык нахождения нужного пути в условиях сложного лабиринта.

Как показал американский исследователь Дэшналл, пробы, которые делает животное, помещенное в лабиринт, не случайны, они, как правило, всегда идут в общем направлении к цели, поэтому животное, которое хоть раз ориентировалось в лабиринте, создает общую систему направления, в котором оно бежит, и во много раз чаще заходит в тупики лабиринта, расположенные по направлению данного пути, чем в тупики лабиринта, расположенные в направлении обратном схеме движения.

Таким образом, можно наглядно видеть, что движения животного в лабиринте не носят случайный характер, а подчиняются одному направлению, которое другой американский исследователь

Креч охарактеризовал как возникновение "двигательной гипотезы". -вводящей общин направлением попыток, которые делают крысы, вырабатывающие "навык" в лабиринте. Подтверждением того, что попытки, которые делает животное при выработке новых программ поведения не являются случайными, а являются результатом активной ориентировки животного в условиях среды, являются экспериментами с так называемым "латентным обучением".

В этих экспериментах сравнивается быстрота выработки навыка у животных, которые сразу же помещаются в лабиринт с целью его прохождения, и у второй группы животных, которой разрешается просто бегать по лабиринту и, следовательно, даётся возможность предварительно ориентироваться в условиях лабиринта.

Как показали эти эксперименты, проведенные американскими исследователями, вторая группа животных вырабатывала нужный навык значительно быстрее, чем первая. Характерно, что выработка успешного навыка была особенно велика, когда животному разрешалось активно ориентироваться в условиях лабиринта. Подобный эксперимент был поставлен американским исследователем Хелдом, который позволял животному активно двигаться по проблемному ящику, в то время как другое животное пассивно наблюдало этот ящик из коляски, которую возило первое животное. И в этом случае первое животное, активно ориентировавшееся в обстановке, значительно быстрее вырабатывало двигательный навык, чем второе. Этот факт показывает ту роль, которую играет в выработке новой программы действий предварительная ориентировка животного в условиях опыта.

Сложный динамический характер выработанного двигательного-навыка, не являющегося простой цепью механически усвоенных движений, подтверждается, наконец, специальной серией, экспериментов, которые показывают, что такой вновь выработанный "навык" может сохраняться даже и в тех случаях, когда для его выполнения нужен совсем новый набор движений.

Одно из таких исследований принадлежит американскому исследователю Хантеру. В этом эксперименте у крысы вырабатывался навык нахождения нужного пути в лабиринте. После того, как такой навык был выработан, одна часть лабиринта выключалась и на ее место ставился бассейн с водой. В этом случае крыса должна была переплывать бассейн, т.е. производить совершенно новые движения, но от этого выработанный навык не разрушался.

Аналогичные факты были получены американским исследователем Лешли другим путем. Выработав у крысы навык нахождения пути в лабиринте, он затем разрушал ее мозжечек. В результате этой операции у крысы, потерявшей равновесие, все прежние движения нарушались. Однако, передвигаясь кубарем (т.е. с помощью совершенно новых движений), она все же перемещалась в нужном направлении и достигала цели.

Все это показывает, что двигательные программы, вырабатываемые в условиях специальных задач, ни в какой мере не являются механической цепью рефлексов и они скорее являются сложными динамическими схемами, формирущимися у животного в процессе его ориентировочной деятельности.

Две особенности характерны для выработки таких новых форм приспособительной деятельности у позвоночных.

Одна из них состоит в том, что процесс ориентировки или поиска неотделим от активных движений и нахождение нужного решения не предшествует здесь выполнению двигательной программы, а формируется в процессе двигательных проб.

Вторая особенность в том, что как характер ориентировочных действий животного, так и характер выработанных новых форм поведения в высшей степени зависит от натуральных форм поведения, сформированных в тесной связи с особенностью жизни (экологией) животного. У травоядных, и прежде всего у животных, питающихся готовой пищей (например, курила, овца, корова) ориентировочная деятельность носит пассивный, ограниченный характер, натуральные программы поведения преобладают, и выработка новых, индивидуально изменчивых форм деятельности протекает медленно. Наоборот, у хищников, которые в естественных условиях вынуждены разыскивать пищу. охотиться за жертвой (хищные птицы, лиса), ориентировочная деятельность протекает в виде активных поисков, и новые формы поведения, которые соответствуют меняющейся обстановке, вырабатываются гораздо быстрее.

Существенно, что и характер выработанных форм нового, индивидуально изменчивого поведения сохраняет у этих животных тесную связь с их врожденными ("инстинктивными") формами деятельности или "натуральными рефлексами". Так, морского льва, у которого ныряние, преследование жертвы, входит во врожденные программы поведения, особенно легко обучить жонглированию мячом или ловле мяча. Енота или медведя, которые часто становятся на задние лапы, оставляя передние свободными, можно обучить движениям, имитирующим "стирку белья"' и т.п.

Эта теснейшая связь врожденных программ поведения (или "натуральных рефлексов")с выработкой новых, индивидуально изменчивых форм деятельности остается характевной для поведени высших позвоночных на данном этапе развития.

"Интеллектуальное" поведение животных


Описанные формы возникновения индивидуально изменчивого поведения не являются, однако, высшей границей эволюции поведения в животном мире.

У позвоночных, стоящих на вершине эволюционной лестницы, в частности, у приматов, возникают новые формы ивдивидуально изменчивого поведения, которые с полным основанием могут быть обозначены как "интеллектуальное" поведение.

Особенность "интеллектуального" поведения животных заключается в том, что процесс ориентировки в условиях задачи не протекает здесь в условиях двигательных проб, а начинает предшествовать им, выделяясь в особую форму предварительной ориентировочной деятельности. в процессе которой начинает вырабатываться схема (программа) дальнейшего решения задачи, в то время как движения становятся лишь исполнительным звеном в этой сложно построенной деятельности. Таким образом, на высших этапах эволюции начинают формироваться особенно сложные виды поведения, имеющего сложную расчлененную структуру, в которую входят:

- ориентировочно-исследовательская деятельность, приводящая к формированию схемы решения задачи;

- формирование пластически-изменчивых программ движений, направленных к достижению цели,

- сличение выполненных действий с исходным намерением.

Характерным для такого строения сложной деятельности является ее саморегулирующийся характер: если действие приводит к нужному эффекту, оно прекращается; если оно не приводит к нужному эффекту, в мозг животного поступают сигналы о "рассогласованности" результатов действия с исходным намерением, попытки решить задачу начинаются снова. Такой механизм "акцептора действия" (П.К. Анохин), т.е. динамического контроля действия является важнейшим составным звеном всякого индивидуально изменчивого поведения животного,но проявляется с особенной отчетливостью на наиболее сложной фазе эволюции поведения -интеллектуальном поведении.

Два существенных явления, зачатки которых можно видеть уже на наиболее ранних ступенях эволюции позвоночных, предшествуют формированию этой, наиболее высокой формы поведения животных. Первой из них является возникновение особой формы ориентировочной деятельности, названной советским исследователем Л. В. Крушинским "экстраполяционным рефлексом" второй является факт более усложняющихся форм развития памяти у животных.

В наблюдениях, проведенных за последние годы Л. В. Крушинским, установлено, что некоторые животные проявляют в своем поведении способность подчиняться не непосредственному восприятию предмета, но прослеживать его движения и ориентироваться на ожидаемое перемещение объекта. Известно, что собака, перебегающая улицу, не бежит прямо под движущуюся автомашину, а делает петлю, учитывая движение машины и даже развиваемую ею скорость. Этот рефлекс, "экстраполирующий" наблюдаемое движение и учитывающий перемещение, Л.В. Крушинский проследил в ряде экспериментов.

В этих экспериментах животное помещалось перед трубой, которая в середине имела разрыв. На глазах у животного к проволоке, проходящей через трубу, прикреплялась приманка, которая двигалась по трубе; она появлялась перед глазами животного в разрыве трубы и двигалась дальше, пока не появлялась в конце трубы. Животное помещалось перед разрывом трубы и наблюдало движение приманки.

Эти наблюдения показали, что животные, стоящие на более низкой ступени эволюции, и, в частноти, животные, которым было свойственно лишь собирать готовую пищу (например, курила), непосрдественно реагировали на место, где появлялась приманка, и не отходили от него. В противовес этому, животные, стоящие на более высокой ступени эволюции, и, в частности, животные, ведущие хищный образ жизни, прослеживающие добычу и преследующие ее (ворон, собака), следили за движением приманки и "экстраполируя" ее движение (очевидно, направляя свое поведение движением глаз), обегали трубу и ожидали приманку в месте ее появления.

"Экстраполяционный рефлекс", который имеет особую форму, "предвосхищающего" поведения, является одним из важных источников для формирования наиболее высоких "интеллектуальных" видов индивидуально изменчивого поведения высших позвоночных.

Вторым фактом, создающим существенные условия для формирования "интеллектуального" поведения высших позвоночных является возрастающая сложность процесса восприятия и большая прочность памяти на последовательных ступенях эволюции животных.

Известно, что если низшие позвоночные реагируют лишь на определенные признаки воздействий, идущих из внешней среды,

то высшие позвоночные больше реагируют на целые комплексы признаков или на образы окружающих предметов. Эта реакция животных была детально изучена советским физиологом академиком И.О. Беритовым и составляет важнейшее условие для эволюции наиболее сложных форм поведения.

Одновременно с формированием образного восприятия на высших этапах эволюции позвоночных наблюдается возрастающая, прочность образной памяти. Этот факт был детально прослежен в экспериментах с так называемыми "отсроченными реакциями" животных.

Эксперименты с "отсроченными реакциями" проводились многими американскими исследователями, советским психилогом Н.Ю. Войтонисом и польским физиологом Ю.Конорским. Суть эксперимента заключалась в следующем.

Животрое помещалось перед герметически закрытым ящиком, в который на глазах животного клалась приманка. Животное, привязанное к стойке, задерживалось на привязи в течение известного времени, после чего отпускалось. Если в памяти животного сохранялся след приманки, положенной в ящик, оно сразу же бежало к этому ящику, если этот след исчезал, животное к ящику не подбегало.

В более сложных экспериментах, которые ставили задачей проверить четкость сохранившегося у животного следа, положенная в ящик приманка незаметно подменялась другой. Если след первой приманки у животного сохранялся, то подбегая к ящику и находя другую приманку, - оно ее брало. Это было признаком того, что у животного сохранился избирательный образ той приманки, которую оно видело.

В других экспериментах животное помещалось между двумя ящиками, в один из которых на глазах у животного помещалась приманка. После истечения некоторого времени животное спускалось с привязи. Если след от приманки, положенный в один из ящиков, сохранялся, то животное бежало к этому ящику, если след не сохранялся, направленного движения у животного не было. Эксперименты с "отсроченными реакциями" показали,что на последовательных ступенях эволюционного развития позвоночных длительность сохранения соответствующих образов возрастает.

Длительность сохранения следов однократно вызванной образной памяти у различных животных


крыса сохраняет след образа до 10-20 сек,

собака " " " до 10 мин.

обезьяна " " " до 16-48 час.

Естественно, что длительное сохранение образов памяти увеличивается по мере усложнения мозговых структур и создает второе важное условие для возникновения высших "интеллектуальных" форм поведения животного.

Систематические исследования "интеллектуального" поведения высших животных (обезьян) были начаты в 20-х годах этого века известным немецким психологом В.Келером. Для изучения этой формы поведения Келер ставил обезьян (шимпанзе) в условия, где непосредственное достижение цели было недоступно и обезьяна должна была ориентироваться в сложных условиях, в которых дана цель, и либо использовать обходной путь чтобы подучить приманку, либо обратиться для этой цели к использованию специальных орудий.

Опишем три типичных ситуации, в которых Келер проводил свои исследования "интеллектуального" поведения обезьяны, Первая ситуация требовала "обходного пути". Обезъяна помещалась в большую клетку, рядом с которой была положена приманка, находившаяся на таком расстоянии, что рука обезьяны не могла ее достать. Для достижения цели обезьяна должна была прекратить попытки непосредственно достигнуть цели и использовать обходной путь через дверь, расположенную в задней стене клетки. Вторая ситуация была близкая к только что описанной,т.е. обезьяна помещалась в закрытую клетку, которая на этот раз имела двери. Приманка располагалась также в отдалении и обезьяна не могла достать ее рукой. Однако, в отличие от первой ситуации, перед клеткой на расстоянии вытянутой руки лежала палка. Обезьяна могла достать приманку, дотянувшись до палки и при ее помощи достигнуть цели. В усложненных экспериментах приманка была расположена еще дальше, но в поле зрения обезьяны лежали две палки - короткая, на расстоянии руки, и длинная несколько дальше. Решение задачи заключалось в том, что обезьяна должна была осуществить более сложную программу поведения. Сначала дотянуться до ближайшей - короткой палки, затем с ее помощью достать длинную палку, расположенную дальше от нее и уже с помощью этой палки достать приманку. Наконец, в третьем варианте экспериментов приманка подвешивалась так, что обезьяна непосредственно не могла ее достать. Однако на этой же площадке были разбросаны ящики; обезьяна должна была подтащить ящики к приманке, поставить их один на другой и,взобравшись на эти ящики, достать приманку.

Исследования, проведенные В.Келером. позволили ему наблюдать следующую картину. Сначала обезьяна безуспешно пыталась непосредственно достать приманку, тянулась к ней или прыгала. Эти безуспешные попытки могли продолжаться длительное время, пока обезьяна не истощалась и не бросала их. Затем наступал второй период, который заключался в том, что обезьяна неподвижно сидела и лишь рассматривала ситуацию; ориентировка в ситуации переносилась здесь из развернутых двигательных проб в "зрительное поле" восприятия и осуществлялась с помощью соответствующих движений глаз. После этого наступал решительный момент, который Келер описывал как неожиданное появление "переживания". Обезьяна либо сразу же направлялась к дверце, расположенной в задней стенке клетки и "обходным путем" доставала приманку, либо переставала непосредственно тянуться к приманке, подтягивала к себе палку и с ее помощью доставала приманку, либо подтягивала одну палку, доставала ею вторую, более длинную и уже этой палкой доставала приманку; наконец, в последней ситуации обезьяна прекращала всякие попытки непосредственно достать приманку, оглядывалась вокруг, а затем сразу же подтаскивала ящики, ставила их один на другой и, взобравшись на них, доставала приманку. Характерным для всех этих экспериментов был тот факт, что решение задачи перемещалось из периода непосредственных проб в период предшествующего попытке наблюдения, и движения обезьяны становились лишь исполнительным актом для осуществления заранее выработанного "плана решения".

Именно это и дало основания Келеру рассматривать поведение обезьяны как пример "интеллектуального" поведения.

Если описание поведения обезьян в экспериментах Келера является исчерпывающим, то объяснение тех путей, которыми животное приходит к "интеллектуальному" решению задачи, представляет большие сложности и этот процесс трактуется разными исследователями не одинаково.

Известный американский психолог Иеркс, повторивший исследование Келера, считает возможным сблизить эти формы поведения обезьяны с человеческим интеллектом и антропоморфически рассматривает их как проявления "творческого озарения".

Австрийский психолог К.Бюлер привлекает для объяснения этого поведения прежний опыт животного и считает, что использование орудий обезьянами следует рассматр ивать как результат переноса прежнего опыта (обезьянам, живущим на деревьях, приходилось притягивать к себе плоды за ветки).

Сам Келер высказывает предположение, что в "интеллектуальном" поведении обезьян анализ ситуации перемещается из сферы движений в план восприятия, и обезьяна, рассматривая ситуацию, " сближает" входящие в нее предметы в "зрительном поле", замыкая их в известные "зрительные структуры". Последующее решение задачи есть, по мнению Келера, лишь осуществление "зрительных структур в реальных движениях. Подтверждение этой гипотезы Келер видит в том факте, что в случаях, когда палка и

приманка (плод) или две палки, которые обезьяна должна последовательно достать, расположены так, что они не попадают в одно зрительное поле, задача становится неразрешимой для обезьяны.

Свою гипотезу Келер пытается подтвердить экспериментами, в которых обезьяна должна раньше приготовить орудие, которое она в дальнейшем использует, чтобы достать приманку, например, обезьяна должна вставить одну бамбуковую палку в другую с тем, чтобы удлинив ее, достать плод. Эти действия оказываются ддя обезьяны гораздо труднее и могут быть выполнены только в том случае, если концы обеих палок попадают в наглядное зрительное поле; такое совмещение обеих палок в одном зрительном поле, по мнению Келера, и может привести к нужному решению задачи.

Вопрос о механизмах, лежащих в основе возникновения "интеллектуального" поведения обезьяны,нельзя считать окончательно решенным, и,если одни исследователи противопоставляют его более элементарным формам индивидуально изменчивого поведения животных, то другие (как например, И.П. Павлов, проводивший наблюдения над поведением обезьян), считают возможным не противопоставлять его более простым формам поведения и рассматривают " интеллектуальное" поведение обезьян как своего рода "ручное мышление", выполняемое в процессе проб и ошибок и приобретающее более богатый характер лишь в силу того, что руки обезьян, освободившиеся от функции ходьбы, начинают осуществлять наиболее сложные формы ориентировочной деятельности.

Границы ивдиввдуадьно изменчивого поведения животных

Мы видели, что индивидуально изменчивое приспособительное поведение высших позвоночных может достигать очень сложных форм. Возникает естественный вопрос: каковы его характерные черты и те границы, за пределы которых поведение животных не может выйти? Анализ поведения животных позволяет наметить три основных черты.

Первую из них составляет тот факт, что всякое, даже наиболее сложное, индивидуально изменчивое поведение животного сохраняет свсю связь с биологическими, мотивами и не может перейти за их границы. В основе всякого поведения животного лежат биологические влечения или потребности (потребность в пище, самосохранение или половая потребность). Лишь на наиболее высших этапах эволюции к этому присоединяется потребность ориентировки в окружающей среде, которую И.П. Павлов называл ориентировочным рефлексом и которая у обезьян достигает значительного развития. Никакая деятельность, не связанная ни с одной из этих биологических потребностей, невозможна для животного, поэтому поведение животного с полным основанием может рассматриваться как корково-подкорковое.

Вторая особенность, которая характеризует поведение всякого животного, заключается в том, что оно всегда определяется непосредственно,воспринимаемыми стимулами ("внешним полем") или следами прежнего опыта и не может протекать, отвлекаясь от них или, тем более, вступая в конфликт с ними.

Это положение хорошо иллюстрируется известным исследованием голландского психолога Бойтендайка, имеющим принципиальное значение.

Бойтендайк помещал перед животным ряд ящиков, в которые можно было класть приманку. В первом эксперименте приманка на глазах у животного клалась в первый ящик, и животному разрешалось брать ее. Во втором эксперименте приманка (также на глазах животного) перемещалась во второй; затем в третий ящик. Затем, в последующих экспериментах, приманка (уже незаметно для животного) начинала последовательно перемещаться в каждый следующий ящик и животному каждый раз разрешалось свободно бежать к тому ящику, в котором оно предполагало найти приманку.

Исследование показало, что животное всегда бежит либо к тому ящику, куда на его глазах была положена приманка, либо к тому, где она лежала раньше. Никакое животное не может усвоить отвлеченный принцип "последовательного передвижения" и никогда не бежит к следующему ящику, в котором приманки еще не было,но в котором легко ожидать ее, если учесть абстрактный принцип.

Поведение животного всегда направляется непосредственным или прошлым опытом, и оно никогда не может затормозить реакцию на ранее подкрепляемое и направиться к ранее неподкрепленному месту. Опыт Бойтендайка, проведенный на животных разных групп, показывает, что животное, по выражению В.Келера, является "рабом своего зрительного поля" или "рабом своего прошлого опыта", и что его поведение никогда не освобождается от этих непосредственных влияний, не направляется абстракцией от них, иначе говоря, не становится свободным.

Третья особенность поведения животного заключается в ограниченности источников этого поведения.

Источником поведения животного могут быть либо программы заложенные в его видовом опыте и передающиеся в наследственных кодах ("инстинктивное" поведение), или формируемые в непосредственном опыте данной особи (индивидуально изменчивое или условно-рефлекторное поведение). Никаких возможностей усвоения чужого опыта и передачи его, усвоенного одним индивидом, другому индивиду и тем более передачи опыта,сформированного в нескольких поколениях, у животных не имеется. Те явления, которые описываются как "подражание", у животных занимают в формировании их поведения относительно ограниченное место и являются скорее формой непосредственной практической передачи собственного опыта, чем передачей информации, которая накопилась в истории ряда поколений и сколько-нибудь напоминала бы то усвоение материального или духовного опрыта прошлых поколений, которое характерно для общественной истории человека.

Эти три черты и составляют основные особенности всякого поведения животного и коренным образом отличают его от сознательной деятельности человека.


1   2   3   4   5   6   7   8   9

Похожие:

Психология как наука. Ее предмет и практическоэ значение iconПредмет геополитики. Как наука возникла в конце XIX – начале ХХ века
Геополитика (от греч geo — земля, politike — политика) — наука о географической обусловленности различных политических процессов
Психология как наука. Ее предмет и практическоэ значение iconПрограмма государственного междисциплинарного квалификационного экзамена для специальности №090103 «Организация и технология защиты информации» Раздел Теория информационной безопасности и методология защиты информации Информация как предмет защиты
Понятия «информация», «документированная информация», «информационные ресурсы». Значение информации в информатизации общества. Информация...
Психология как наука. Ее предмет и практическоэ значение iconРеферат на тему значение геометрии в жизни людей
Геоме́трия (от γη — Земля и μετρεω — мера, измерение) — наука о пространстве, точнее — наука о формах, размерах и границах тех частей...
Психология как наука. Ее предмет и практическоэ значение iconНазвание Предмет Направление
История индейцев Америки: майя, ацтеки, культуры оахаки. Города, правители, наука, культура. Карты
Психология как наука. Ее предмет и практическоэ значение iconДисциплина «Философия»
...
Психология как наука. Ее предмет и практическоэ значение iconПримерные вопросы для подготовки к экзамену
Предмет философии. Основные темы философских размышлений. Философия и наука, философия и религия
Психология как наука. Ее предмет и практическоэ значение iconВопросы к экзамену по почвоведению: Теоретическая часть
Предмет и задачи почвоведения. История развития почвоведения как науки. Значение работ В. В. Докучаева
Психология как наука. Ее предмет и практическоэ значение icon«психология бизнеса»
«Психология предпринимательства» разработан в соответствии с требованиями Государственного образовательного стандарта высшего профессионального...
Психология как наука. Ее предмет и практическоэ значение iconВопросы к экзамену по педагогике 3 курс (2010-2011г)
Дошкольная педагогика как наука об образовании и воспитании детей от рождения до поступления в школу. Предмет, методы, задачи дошкольной...
Психология как наука. Ее предмет и практическоэ значение iconБаженов Л. Б. «Строение и функция научной теории». М.: Наука, 1978. 231 с. Бернал Дж. «Наука и общество»
Бернал Дж. «Наука в истории общества». М.: Изд-во Иностранной литературы, 1956. 735 с
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib2.znate.ru 2012
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница