Источник: //Вопросы психологии. 2001.№1




Скачать 24,49 Kb.
НазваниеИсточник: //Вопросы психологии. 2001.№1
страница1/3
Дата04.02.2016
Размер24,49 Kb.
ТипДокументы
  1   2   3
Источник: //Вопросы психологии.2001.№1 

Автор: Абраменкова В.В. 




Социальная психология детства в контексте развития отношений ребенка в мире

Представлен анализ феномена детства в истории культуры и современности в контексте нового междисциплинарного направления — социальной психологии детства. Определено значение важнейших социальных общностей, ответственных за становление личности ребенка, — семьи и детского сообщества; проанализированы условия и механизмы проявления способности ребенка к состраданию и сорадованию в группах мальчиков и девочек; раскрыта уникальность детской субкультуры и ее значение в построении ребенком картины мира — целостной системы отношений. Отмечены особый драматизм развития современного детства и факторы трансформации детской картины мира.

Ключевые слова: социальная психология детства, детская субкультура, сострадание и сорадование, детская картина мира.

Подобно коперниканской логике, которая в XVI в. вступила в противоречие с системой Птолемея, наука и общество в XX в. столкнулись с реальностью смены парадигмы в исследовательской практике со «взрослоцентризма» на «детоцентризм». Необходимость разработки нового поворота в системе знания и нового предмета обусловлена, как правило, возникновением парадоксов, которые связаны либо с накоплением новых фактов, не укладывающихся в рамки теории, либо с возникновением кардинальных внутренних противоречий внутри самой науки. Такими парадоксами — противоречиями в изучении ребенка — являются, на наш взгляд, следующие.

1 В больших российских городах у современных детей не оказалось дворов — «пространства жизни с воздухом свободы» (Б. Окуджава), а в сельской местности — игровых околиц. Детские психиатры и психотерапевты говорят: у детей отняли игровые дворы, и тогда им пришлось занять чердаки и подвалы [13], [15].

Демократизация детской жизни, юридические свободы, зафиксированные в международных, государственных и других документах, — и ограничение (особенно в больших городах) пространства детской жизнедеятельности, фактическое лишение неотъемлемого права ребенка на игру, прежде всего, традиционную для всех культур — игру со сверстниками1 [4], [21], [23].

Ценность детей и брака, формирование родительских установок и особой эмоциональной связи с ребенком, жизнь семьи «ради детей» — и резкое снижение рождаемости, осознанное безбрачие: «ценность детей становится самостоятельным фактором, мотивирующим ограничение рождаемости, — таков парадокс нашего времени» [8; 25].

Повышение в последнее десятилетие уровня жизни ребенка (рост потребления товаров и услуг, повышение жизненного комфорта, механизация быта, количество и качество детской индустрии развлечений — книг, фильмов, игрушек для детей и пр.) — и снижение качества жизни (субъективной удовлетворенности ребенка условиями его бытия, его психоэмоциональное благополучие, оптимизм).

В России последние обстоятельства выражены особенно резко — в виде тревоги, апатии, пессимизма, прежде всего как проявления нравственно-духовного неблагополучия [10], [12], [24].

Инфантицид как детоотвержение, детоубийство в формах отказа от здоровых детей, миллионов абортов, социального сиротства, детской беспризорности — и растущая адопция (усыновление/ удочерение) чужих детей, включая детей-инвалидов [25], [26].

Эти и другие парадоксы в сфере детства, включая экономические, юридические, политические и социальные причины, имеют очень существенный психологический компонент и являются сигналами к переосмыслению самого предмета научного изучения ребенка как в психологии, так и в смежных с ней науках.

Необходимость междисциплинарного синтеза проблемы детства как особой психосоциокультурной категории, с помощью которого возможно создание целостной картины представлений о закономерностях становления личности ребенка в обществе, высказана уже многими видными учеными: Р. Заззо, С. Московичи, А.В. Петровским, Д.И. Фельдштейном, Р. Харре, Д.Б. Элькониным, Э. Эриксоном и другими. Такое понимание детства, не вмещающегося в узкие рамки лабораторной экспериментатики, приводит к увеличению потока исследований по экологической психологии развития ребенка [6], социально- генетической психологии [37], по этнографии детства [7], [43], социологии детства [38], экологии детства [31] и, в соответствии с духом времени, — виртуальной психологии детства [27].

Как подчеркивал В.В. Давыдов, для психологии «необходимо определить объективно возникающие общественные задачи, оказывающие влияние на общее психическое развитие детей, а это в свою очередь предполагает изучение социально-психологических особенностей современной системы "ребенок—общество", разработку проблем истории детства» (курсив мой. — В.А.) [11; 59-60].

Между тем в отечественной истории исследований детства с конца XIX в. (в рамках изучения игровых групповых форм и детского фольклора), а затем с 20—30-х гг. XX в. (в рамках исследования функционирования детских рабочих коллективов, группового взаимодействия детей и пр.) обнаруживаются три периода пристального интереса к детской социальной жизни, каждый из которых высвечивает какую-то свою особую реальность и свою феноменологию личности ребенка в социуме. В первый период, связанный с именами Е.А. Аркина, А.С. Залужного, Е.А. Покровского, Г.А. Фортунатова, проблема детской групповой жизни, детского коллектива впервые была поставлена в отечественной психологии. Во второй период (60-е гг.) благодаря работам Д.Б. Эльконина, А.П. Усовой, Г.П. Щедровицкого были, во-первых, показаны роль и место игры как ведущей деятельности в формировании психики ребенка; во-вторых — выделена и проанализирована «технология» игры как своего рода социологической модели одной из форм общественных отношений. И наконец, в третий период (70-80-е гг.), были раскрыты применительно к ребенку возможности метода социометрии, определена роль эмоциональных предпочтений в межличностных отношениях детей (Я.Л. Коломинский, Т.А. Репина и другие).

Эти три периода подготовили возможность перехода к новому этапу разработки проблем детской социальности как генезиса отношений ребенка в мире, к построению новой предметной области социальной психологии детства, рассматривающей современное детство как результат социогенеза взаимоотношений детей и взрослых; ее предметом и выступают отношения, опосредствованные совместной деятельностью ребенка с миром, другими людьми (взрослыми и сверстниками), а также закономерности порождения этих отношений, их функционирования в конкретно-исторической социальной ситуации развития [1; 2].

Такое понимание предмета социальной психологии детства выдвигает на передний план рассмотрение и анализ взаимосвязей системообразующих категорий и понятий: «отношение», «совместная деятельность», «детская субкультура», «социогенез», «социальная ситуация развития», «детская картина мира» и пр., важнейшим из которых является понятие «отношение». Отечественная психология активно оперировала этим понятием в различных исследованиях и весьма разнообразных контекстах: Л.С. Выготский выдвинул идею интериоризации отношений как обязательного момента развития личности ребенка [9]; для С.Л. Рубинштейна отношение у ребенка к другому является генетически более ранней формой, нежели отношение к себе [36; 65]; А.В. Петровский вводит отношения в социально-психологический контекст, это — многоуровневая система межличностных связей [33]; для В.Н. Мясищева отношение — система индивидуальных избирательных связей личности с различными сторонами объективной действительности [24; 16]; у А.Н. Леонтьева отношение — смысловая сфера сознания, направленность личности [19]. Все же четкого определения понятия «отношение» так и не было выработано, на это неоднократно указывала Л.И. Божович, признавая важность его включения в изучение личности ребенка [5].

Категория «отношение», безусловно, представляет собой наиболее отвечающую задачам и наиболее приемлемую для разработки нового предмета — целостную в системном плане и индивидуализированную категорию, вбирающую в себя как социальное качество связей личности с другими людьми, так и субъективные предпочтения и установки по поводу явлений, событий, ценностей мира. Важнейшей формой существования отношений является психологическое пространство, т.е. протяженность, структурность, место их осуществления (см. рис.).



Рис. Пространство отношений ребенка в мире

В контексте пространства жизнедеятельности мы выделяем и экспериментально анализируем следующие плоскости отношений ребенка. В г о р и з о н т а л ь н о й плоскости отношения осуществляются «на равных» и к относительно равным субъектам — это сверстники (дети в пределах собственной возрастной категории, определяемой ребенком; при этом паспортный возраст может не иметь принципиального значения) [7], [30], [42]. Н а к л о н н а я плоскость отношений представлена. взрослыми, теми, кого ребенок причисляет к таковым, или взрослыми «вообще» [20], [21]. Это могут быть и дети постарше, и даже ровесники ребенка, имеющие признанный в обществе более высокий статус, например, в традиционных культурах — дети, прошедшие инициацию [17], [22], [43]. В е р т и к а л ь н а я плоскость представляет собой наименее изученный и наиболее сокрытый для исследователя тайный пласт духовных отношений (ребенок-Творец), определяющих независимо от религиозной принадлежности семьи становление категории совести в сознании ребенка и задающих моральное пространство представлений о добре и зле [16], [35], [40]. П а н о р а м н а я плоскость отношений представлена окружающей ребенка средой, меняющейся с возрастом (от размеров вытянутой руки в младенчестве до космических расстояний в юности) и обусловленной историко-культурными представлениями (сформированной картиной мира), а также региональными особенностями местности, географическим ландшафтом и пр. [23], [31]. Кроме этих сформированных исторически, психологически открытых отношений, с середины XX в. появилась новая реальность — замкнутое, ограниченное пространство отношений с миром, которое имеет, например, тяжело больной ребенок или современный ребенок, отрезанный от всего мира виртуальной плоскостью теле-, видео- или компьютерного экрана, это э к р а н н а я плоскость отношений с информационной средой [27], [29], [39].

Другой важнейшей формой онтологии отношений является время. Отношения, переживаемые ребенком, рассматриваются нами в трех временных формах: прошлого, настоящего и будущего. Таким образом, отношения в детстве представляют собой многомерную иерархическую систему связей ребенка с миром, развивающуюся во времени и пространстве. Отношения имеют собственную модальность выражения — эмоционально-ценностный аспект, выступающий в стремлении к гуманизации связей личности с миром, т.е. гуманных отношений, являющихся, с одной стороны, условием полноценного гармоничного развития ребенка в мире, а с другой стороны, критерием его личностного развития. Гуманные отношения это такие, которые приобретают для ребенка статус безусловных личных ценностей и порождают стремление к защите, содействию, помощи. Они выступают в современных условиях как необходимый оптимум максимальных личностных усилий человека, его доминирующий нравственный императив [35].

Постановка проблемы происхождения и развития гуманных отношений в детстве направлена на раскрытие природы ребенка как социально-генетического существа. Психологическое наполнение этой характеристики — выявление становления в сознании и поведении ребенка ценности окружающего мира и в нем — прежде всего ценности другого человека как человека, присваиваемой ребенком в той или иной конкретной социальной ситуации его развития.

2Под локусом ориентации нами понимается свойство группы как целостной единицы выступать субъектом влияния на развитие личности ребенка. В процессе онтогенеза происходит смещение места доминирования данного влияния с фупп взрослых на группы сверстников; этот переход социокультурно обусловлен [2].

Многогранную феноменологию отношений в детстве мы изучали при помощи разнообразного методического арсенала, где наряду с такими широко используемыми в современной психологии развития методами, как наблюдение, беседа, анкетирование, социометрия, рисуночные тесты, референтометрия и пр., был разработан и использован методический инструментарий, опирающийся на ряд важнейших методологических принципов: экологической валидности, принцип смены социальной позиции в совместной деятельности, воплощенный в методиках коллективистской идентификации в группах дошкольников, младших школьников, подростков; принцип построения детской картины мира, реализованный в методе визуальной социо-психологии. Суть последнего состоит в использовании социокультурных изображений в качестве своеобразного графического алфавита. Метод был реализован также посредством: 1) разработки графических критериев, легших в основу диагностики детских рисунков, 2) создания методик-матриц с архетипическими, стереотипическими и социотипическими изображениями культурных символов, знаков, схем, 3) воспроизведения экспериментальных игровых ситуаций, фиксирующих различные компоненты детской картины мира, 4) использования методических средств определения локуса ориентации2 ребенка на ту или иную социальную группу. Основным методом анализа социогенетического материала был метод исторической реконструкции.

Новые технологии исследования и методический инструментарий, адекватный задачам социальной психологии детства, позволяют преодолеть традиционную «робинзонаду» изучения отношений ребенка с миром и приблизиться к объемному и целостному видению современного детства как психосоциокультурного феномена.

В центре внимания социальной психологии детства находятся социальные группы, в которые включен ребенок или с которыми он себя отождествляет. Это прежде всего семья и школьный класс, а также детские игровые сообщества и своеобразные «виртуальные» группы, которые ребенок подбирает сам в соответствии со своим желанием, возникающим у него в тех или иных жизненных обстоятельствах, макросоциальные группы (региона, населенного пункта, страны), с которыми ребенок себя идентифицирует. Социально-психологическая специфика развития отношений ребенка состоит в том, что он изначально выступает как представитель одновременно двух больших социальных общностей — мира взрослых и мира детей, каждый из которых оказывает мощное влияние на его личностное становление, а сочетание этих воздействий создает уникальную социальную ситуацию развития детства на каждом этапе его исторического и индивидуального бытия.

Системообразующим основанием для исследования генезиса отношений ребенка к окружающему миру, к другим людям (взрослым и сверстникам) и к себе самому является совместная деятельность, которая представляет собой центральный момент всего исследования и опосредствующий фактор порождения и развития системы отношений ребенка. Деятельностное опосредствование являет собой тот методологический узел, который связывает и взаимодополняет в социальной психологии детства важнейшие области психологической науки — общепсихологическое понимание человека с социально-психологическим и генетическим подходами.

В социальной психологии детства социогенетическое исследование отношений ребенка осуществляется в двух направлениях; это изучение эволюции, во-первых, семейных отношений как иерархических связей и, во-вторых, отношений равных партнеров в детском сообществе. Историко-культурный анализ показал, что эволюция нуклеарной семьи в России осуществляется в направлении изменения семейных ценностных ориентации взрослых и статуса ребенка: от полного подчинения воле родителей — к отношениям паритетности и «детоцентризму». При этом социогенез семьи и детского сообщества в культурно-историческом пространстве представляет собой «ключ к высшему поведению» (Л.С. Выготский), открывая новые горизонты психологического исследования онтогенеза.

Социально-психологическая эволюция семьи в России происходила в направлении изменения отношений и статусов членов семейного архетипического треугольника: от патриархальных отношений с абсолютным главенством отца и мужа, через установление равенства между супругами (при этом положение ребенка оставалось и экономически, и юридически, и психологически зависимым) — к детоцентризму как ценностной ориентации взрослых на социальное возвышение ребенка, предпочтение его интересов и потребностей. Эта последняя тенденция стала очевидной в последние десятилетия [8], [14], [25], [32].

Детское сообщество, как показывают историко-культурные исследования, является самым первым и наиболее древним институтом социализации ребенка, поскольку первые детские объединения возникали уже в эпоху первобытности в связи с половозрастным разделением общества и предшествовали моногамной семье. Они обладали своим особым сттусом, своим специфическим местом в половозрастной социально-иерархической системе. Возникновение детской субкультуры как целостного историко- культурного феномена обусловлено половозрастной стратификацией общества, уходящей своими корнями в глубокую древность [4], [17], [23], [41].

На основе регламентированных взрослыми форм деятельности (трудовой, учебной и др.) возникла детская группа — сообщество сверстников, объединенных совместной деятельностью и сопереживанием общих ценностей. Игра как нерегламентированная взрослыми совместная деятельность становится способом преодоления того разрыва межпоколенной связи взрослых и детей, который образовался в обществе на определенном этапе социогенеза в силу выделения и обособления мира детства из мира взрослости. Дети при этом как бы выталкивались из сферы материального производства, выпадали из взрослого сообщества и предоставлялись сами себе. Тогда и возникли детские коллективы, где дети играли и где происходило усвоение общих смыслов и мотивов человеческой деятельности, воспроизведение социальных отношений, религиозных представлений, обрядов и ритуалов. Через игру дети в опосредствованной форме включаются в жизнь взрослых, удовлетворяя и собственную потребность в причастности к происходящему, что является не просто моделированием смыслового поля взрослой деятельности, а свободным обращением с его содержанием [3], [42], [43].

Процесс автономизации от мира взрослых в детских сообществах повлек за собой формирование собственного мира «для себя» — особого смыслового пространства ценностей, установок, способов деятельности и форм общения, осуществляемых в той или иной конкретно-исторической социальной ситуации развития, т.е. относительно независимой от взрослых детской субкультуры [2], [7], [30]. Содержание детской субкультуры, наполняемое на протяжении всего социогенеза, составляют:

§                     традиционные народные игры (хороводы, подвижные игры, военно-спортивные состязания и пр.);

§                     детский фольклор (считалки, дразнилки, заклички, страшилки и др.) [7], [30];

§                     детский правовой кодекс (знаки собственности, взыскание долгов, мены, право старшинства и опекунское право в разновозрастных группах, право на использование грибного/ягодного места и др.);

§                     детский юмор (потешки, анекдоты, розыгрыши, поддевки, современные «приколы»);

§                     детская магия и мифотворчество (призывание сил природы для исполнения желания, фантастические истории-небылицы) [22], [43];

§                     детское философствование (рассуждения о жизни и смерти и пр.);

§                     детское словотворчество (этимология, языковые перевертыши, неологизмы) [14];

§                     эстетические представления детей (составление веночков и букетов, рисунки и лепка, «секреты») [23];

§                     табуирование личных имен и наделение прозвищами сверстников и взрослых [2];

§                     религиозные представления (детские молитвы, обряды) [16], [40].

  1   2   3

Похожие:

Источник: //Вопросы психологии. 2001.№1 iconТип: исследование Источник: Вопросы психологии Рубрика: Младшие школьники
Ключевые слова: учебная деятельность младшие школьники личность знания умения навыки мышление
Источник: //Вопросы психологии. 2001.№1 iconИндекс жизненной удовлетворенности
Литературный источник: Lifeline и другие новые методы психологии жизненного пути / под ред. А. А. Кроника. – М.: Прогресс, 1993....
Источник: //Вопросы психологии. 2001.№1 iconВопросы для подготовки к тестированию при поступлении в магистратуру
Предмет истории психологии. Принципы и методы историко-психологического исследования. Периодизация истории психологии
Источник: //Вопросы психологии. 2001.№1 iconИсточник Вопросы филологии
Интертекстуальность в политическом дискурсе Украины (на материале программ политических партий)
Источник: //Вопросы психологии. 2001.№1 iconЗапрет на усыновление сирот иностранцами поддерживают 64% россиян. Источник: «риа новости»
Полиция Техаса: Максима убили качели. Источник: «Российская газета»
Источник: //Вопросы психологии. 2001.№1 iconУчебное пособие, Пер с англ. М.: Апрель Пресс, Изд-во эксмо-пресс, 2001. 752 с. (Серия «Кафедра психологии»). Перевод с английского
Учебное пособие, Пер с англ. — М.: Апрель Пресс, Изд-во эксмо-пресс, 2001. — 752 с. (Серия «Кафедра психологии»)
Источник: //Вопросы психологии. 2001.№1 iconУмение правильно формировать и задавать вопросы
Деятельность-источник познания, формирования личности учащихся и основа совершенствования учебного процесса
Источник: //Вопросы психологии. 2001.№1 iconРоссийской Федерации Государственный университет Высшая школа экономики Факультет психологии Программа дисциплины
Требования к студентам: Дисциплина «Психологии развития и возрастная психология» рассчитана на студентов второго курса факультета...
Источник: //Вопросы психологии. 2001.№1 iconОбласти соприкосновения психоанализа и нейронауки: вызов и благоприятная возможность друг для друга
М.: Институт практической психологии и психоанализа. 2001, 241 стр. Главный редактор Ягнюк К. В
Источник: //Вопросы психологии. 2001.№1 iconСтруктурно-функциональная организация психологической защиты личности
Работа выполнена на кафедре психологии труда и организационной психологии факультета психологии Ярославского государственного университета...
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib2.znate.ru 2012
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница