“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149




Название“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149
Дата04.02.2016
Размер37,5 Kb.
ТипДокументы
Опубликовано в журнале

“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149.


Система высшего образования Израиля в эпоху перемен


А.Д.Эпштейн,

Преподаватель кафедры социологии Иерусалимского университета

и кафедры социологии и политологии Открытого Университета Израиля


Система высшего образования Израиля может быть интересна российским читателям не только для расширения общего кругозора. Очевидно, что не только социально-политическая и социально-экономическая, но даже и образовательная проблематика в России и в Израиле имеют немалое число точек соприкосновения. С политической точки зрения, и Россия, и Израиль являются многонациональными государствами, перед которыми стояли и стоят нелегкие задачи в сфере интеграции в едином социальном пространстве людей, исповедующих разные религии, воспитанных в разных культурных традициях, принадлежащих к разным нациям. С точки зрения системы высшего образования, в России всерьез обсуждает как переход на двенадцатилетнее школьное образование, так и введение единого государственного вступительного экзамена в вузы – и то, и другое давно уже существует в Израиле, благодаря чему накоплен большой материал как о достоинствах, так и о недостатках предлагаемых нововведений. Иными словами, существует широкий круг тем для совместных сравнительных исследований в сфере общественных наук и педагогики, могущих иметь не только научное, но и прикладное значение, а понимание процессов, происходящих в высшей школе в Израиле, может быть крайне полезным для российских читателей.

Израильская система высшего образования претерпевает в настоящее время многочисленные изменения. Во-первых, за последние десять лет число студентов вузов более чем удвоилось, дойдя до 190 тыс. человек – по сравнению с 75-80 тысячами в конце 80-х годов. Во-вторых, диверсификация системы высшего образования Израиля повлекла за собой открытие десятков новых колледжей самого различного профиля не только в центре, но и на периферии, что приводит к тому, что высшее образование становится доступно жителям всех регионов страны (дороговизна съемного жилья в больших городах делала весьма проблематичным получение образования вдали от дома для студентов из небогатых семей), а потому новые региональные колледжи во многом сняли остроту проблемы социального неравенства в системе израильского высшего образования. В-третьих, наблюдается движение институтов высшего образования в сторону создания междисциплинарных кафедр и учебных направлений с одной стороны, и преподавание дисциплин, считавшихся прежде “неакадемическими” (как, например, public relations) – с другой. В-четвертых, наблюдается некоторая стагнация в крупнейших университетах (где, в отличие от колледжей, ведется не только преподавательская, но и большая научная работа), вынужденных из-за финансовых трудностей все более сокращать свои исследовательские бюджеты. При этом следует помнить, что самый молодой университет Израиля (Открытый университет) уже отпраздновал свое двадцатипятилетие, а новые университеты не создавались уже четверть века. В-пятых, происходит все большее вовлечение израильской системы высшего образования в процессы глобализации; постоянная ориентация на публикации в западных научных изданиях (прежде всего, в США и др. англоязычных странах) как обязательное условие профессионального продвижения научных сотрудников и преподавателей вузов, проведение в Израиле большого числа международных научных симпозиумов, равно как и успехи израильских ученых в американских и европейских университетах позволяют говорить о том, что израильская наука находится сегодня на переднем крае развития теоретических и прикладных исследований.

Израиль является одной из немногих стран, где университеты были открыты еще до провозглашения государственного суверенитета, причем на всем протяжении своей истории они сохраняли высокую степень политической независимости от властей [1]. Государство Израиль провозгласило свою политическую независимость в мае 1948 года; к тому времени прошло уже более двадцати лет с тех пор, как Еврейский университет в Иерусалиме (заложен в 1918, открыт в 1925) и Технологический университет (Технион) в Хайфе (заложен в 1912, открыт в 1924) приняли первых студентов. Кроме двух крупнейших вузов, уже существовали и основанный в 1934 году научно-исследовательский институт в Реховоте, которому впоследствии было присвоено имя первого президента страны, уроженца России, выдающегося химика Хаима Вейцмана (1874-1952), и основанный в 1941 году Институт социально-психологических исследований в Иерусалиме, впоследствии названный в честь основательницы медицинской организации “Хадасса” Генриетты Сольд (1860-1945). В первое десятилетие государственной независимости были основаны Бар-Иланский (1955) и Тель-Авивский (1957) университеты, в 1962 году был открыт первый университет на севере страны – в Хайфе, а в 1970 году – на юге, в Беэр-Шеве [2]. В 1975 году по британской модели был основан Открытый университет Израиля, который – в отличие от других вузов страны – принимает на свои курсы всех желающих абитуриентов без вступительных экзаменов, считая, что способность студента успешно сдавать текущие контрольные и экзаменационные работы и является индикатором его соответствия требованиям и стандартам, предъявляемым к своим ученикам вузами страны.

В 1948 году в Еврейском университете в Иерусалиме и в Технологическом университете в Хайфе обучалось лишь 1.635 студентов, что составляло чуть более четверти процента всех еврейских жителей страны и лишь около 3% возрастной когорты молодых людей традиционного студенческого возраста (21-24 года). За пятьдесят лет это число увеличилось более чем в сто раз: по данным за 1997 год количество студентов составляло 163.725, а в настоящее время достигло 190 тысяч, что составляет более 30% соответствующей возрастной когорты; если же включить в число студентов также учащихся средних специальных учебных заведений, не обучающихся на получение академической степени, то этот процент превышает 55% [3]. Указанный рост числа студентов стал результатом пяти взаимодополняющих факторов: во-первых, массовой иммиграции, за пятьдесят лет приведшей к более чем восьмикратному увеличению населения страны; во-вторых, существенного увеличения числа выпускников средних школ, успешно сдающих экзамены на аттестат зрелости, являющийся обязательным условием для поступления в подавляющее большинство высших учебных заведений страны; в-третьих, глубоких структурных изменений рынка труда в Израиле (входящем сегодня в двадцатку самых высокоразвитых стран мира), где диплом о высшем образовании служит обязательным условием получения сколько-нибудь приличного места работы; в-четвертых, растущей мотивации молодежи из среднего и низкого статусных слоев к получению высшего образования, которое справедливо воспринимается ими как ключ к улучшению их положения в стратификационной структуре общества; и, наконец, в пятых, рост числа студентов стал следствием создания большого числа новых институтов высшего образования [4].

Следует отметить, что не университеты, а именно колледжи и институты приняли большую часть новых студентов 90-х годов. В то время как число университетов остается неизменным, количество колледжей выросло с 14 в 1990 году до 40 в 1998. Многие области народного хозяйства, охватывающие практически все сферы жизни, переживают в последние годы процесс “академизации”. Работа в них настоятельно требует от специалистов глубоких знаний и широкой эрудиции, а, следовательно, и высшего образования. Вузы и колледжи Израиля создают новые программы и новые направления обучения, чтобы как можно быстрее удовлетворить не только сегодняшние, но и завтрашние потребности израильской экономики в специалистах с соответствующим образованием. Для работы во многих технических сферах специалистам, ранее получавшим образование на непродолжительных курсах, теперь требуется гораздо более глубокие и основательные знания. Системы подготовки по целому ряду технических специальностей изменились. Во многих колледжах созданы направления обучения на степень младшего инженера по данным специальностям. Одновременно возросли и требования к абитуриентам при приеме в колледжи, и требования к студентам в процессе обучения, при подготовке дипломных работ и проектов, при сдаче выпускных государственных экзаменов. Возникновение и развитие сферы высоких технологий (high-tech), модернизация промышленности, внедрение электроники во многие отрасли народного хозяйства привели к необходимости создания новых междисциплинарных направлений обучения — в области компьютерных наук, электроники, химии, физики, пищевой технологии, экологии, биотехнологии и во многих других областях. Заметно возрос уровень учебных заведений, готовящих работников средств массовой информации, а также художественных вузов и колледжей, дающих образование в области изобразительных искусств, дизайна и пр. Использование современных технических средств в различных творческих профессиях (кино, телевидение, театр, музыка, фотография, дизайн, реклама и пр.) привело к необходимости создания новых, современных направлений обучения (мультимедиа, компьютерный дизайн, графика и пр.).

Педагогика и медсестринское дело стали профессиями, требующими высшего образования. Улучшилась подготовка кадров в сфере туризма и гостиничного хозяйства. Различные учебные заведения предлагают разнообразные комплексные направления обучения, например - иностранные языки и туризм, изучение географии и туризм, основы менеджмента и гостиничное хозяйство, финансы и гостиничное хозяйство и др. Если раньше образование в области права было сосредоточено лишь на юридических факультетах университетов, то ныне открыты колледжи, в которых также можно изучать юриспруденцию. Подобные колледжи дают своим выпускникам широкие знания в области адвокатуры, судопроизводства и законоведения. Каждый год сотни выпускников этих колледжей получают профессию юриста. В 1982 в не- университетском секторе учились только 2.027 студента; в 1985 их число выросло до 2.881, в 1995 - до 19.402, а в 1997/98 году – до 41.108 человек [4, с.94-95]. Аналогичный процесс роста числа студентов вузов за счет, прежде всего, роста числа учащихся колледжей наблюдается и в Западной Европе [5] и в США. Например, в то время как с 1971 по 1992 год число студентов всех университетов США выросло на 37% (с 6 миллионов 200 тысяч до 8 с половиной миллионов человек), число студентов колледжей выросло на 265% процентов (с 1 миллиона 700 тысяч до 6 миллионов 200 тысяч человек) [6, с.105]. Согласно данным, представленным ответственным работником Государственного совета по высшему образованию Израиля Шломо Гершковицем в его выступлении на симпозиуме в Иерусалимском университете 8 ноября 1998 года, процент студентов на степень бакалавра, обучающихся в университетах, сократился с 88% в 1986 году до 58% в 1998 году.

Процесс “академизации” колледжей является одним из основных векторов, определяющих тенденции развития высшего образования в Израиле: повышение учебных требований и увеличение продолжительности обучения (прежде всего, в педагогических колледжах, число студентов которых выросло с 1990 года более чем вдвое и в настоящее время превышает, включая арабский сектор, 26 тысяч человек [7, табл. 22.28]) привели к согласию Государственного совета по высшему образованию на присвоение первой академической степени (бакалавра) выпускникам большинства этих колледжей. Тенденция, существующая в настоящее время, очевидна: университеты (разумеется, нигде не декларируя это) не стремятся привлечь студентов, заведомо не заинтересованных в продолжении обучения на вторую и третьи академические степени, предпочитая, чтобы такие студенты поступали в колледжи. Вместе с тем, очевидное предпочтение потенциальных работодателей диплому престижного столичного университета приводит к тому, что тысячи абитуриентов, заведомо не стремящихся к научной карьере, ежегодно поступают в Иерусалимский и Тель-Авивский университеты – просто ради того, чтобы получить диплом университетов, входящих в сотню лучших вузов мира.

Израильские университеты и колледжи (за редчайшим исключением) не проводят каких бы то ни было вступительных экзаменов. Решение о приеме абитуриента на ту или иную кафедру того или иного вуза принимается компьютером на основе оценок, полученных на государственных выпускных экзаменах на аттестат зрелости (эти оценки варьируются от “40”, что означает полный провал, до “100”, однако благодаря сложной системе призовых баллов за углубленное изучение тех или иных предметов могут достигать и 125) и на едином государственном вступительном экзамене – так называемом “психометрическом тесте”, проверяющем объем словарного запаса абитуриента на родном языке, знание английского языка, а также уровень его логического и математического мышления. Сумма баллов за этот тест варьируется от минимума в 200 очков до максимума в 800. Хотя минимальная оценка, необходимая для поступление в высшее учебное заведение – 400 баллов, для поступления на наиболее престижные факультеты (медицинский и юридический) и кафедры (психологии, управления бизнесом, электроники и программирования) требуется оценка не ниже 675 за психометрический тест при средней оценке за аттестат зрелости не ниже 95. Вместе с тем, многочисленные колледжи позволяют изучать юриспруденцию, психологию и управление бизнесом и тем, чьи оценки значительно ниже. С другой стороны, менее престижные университетские кафедры (как правило, гуманитарные, а также естественнонаучно-теоретические) стоят перед серьезной проблемой недобора студентов и готовы принять каждого, кто получил хотя бы оценку 450 за психометрический тест и полностью сдал экзамены на аттестат зрелости. Рейтинг престижности факультетов и кафедр является достаточно стабильным; из сколько-нибудь заметных изменений последнего времени можно выделить продолжающееся увеличение конкурса на кафедре программирования при некотором снижении требований к поступающим на юридические факультеты. Очевидно, что оба этих изменения являются непосредственным отражением динамики развития рынка труда в стране, где при постоянной нехватке дипломированных программистов, начальная зарплата которых (брутто) достигает трех тысяч долларов в месяц, ощущается перенасыщение рынка дипломированными адвокатами, которым не так-то просто заработать и половину тех сумм, на которые программисты могут рассчитывать как на что-то само собой разумеющееся. Существующая в Израиле развитая система социальной защиты населения, основанная на прогрессивной системе налогообложения (максимальный налог с высоких доходов, включая выплаты за медицинскую страховку и в государственную пенсионную кассу, составляет 60%, в то время как зарплаты ниже $600 вообще не облагаются подоходным налогом), несколько сглаживает различия в уровне доходов представителей различных профессий. Вместе с тем, при нынешнем состоянии рынка труда можно предсказать дальнейшее усиление описанных тенденций.

Оценивая рост числа студентов вузов, правомерно задать вопрос, на какой стадии процесса “экспансии” высшего образования находится в настоящее время Израиль; иными словами, является ли рост числа студентов до 190 тысяч пределом, либо же можно прогнозировать дальнейшее увеличение количества учащихся вузов? По всей видимости, сегодняшняя ситуация, несмотря на более чем двукратное увеличение числа студентов за менее чем пятнадцатилетний период, еще далеко не является конечной точкой этого роста. Как уже упоминалось, процессы, аналогичные происходящим в Израиле, имеют место и в других западных странах, где система высшего образования отличается той или иной степенью селективности. В Англии, например, пропорция студентов от общего числа населения страны выросла с 1980 по 1993 г. на 90% достигнув 2,79% населения страны, во Франции – на 70% (до 3,62% населения), в Италии – на 49% (до 2,94% населения страны). На этом фоне процент студентов от общего числа жителей Израиля (3,16%) совсем не кажется чем-то из ряда вон выходящим. Однако сравнение показателей Израиля и европейских стран с аналогичными пропорциями в США, где система высшего образования (за исключением наиболее престижных университетов) является значительно менее селективной, не ставя на пути потенциальных абитуриентов практически никаких препятствий, неопровержимо свидетельствует о большом неиспользованном потенциале молодых людей, все еще остающихся за рамками университетов и колледжей. Процент студентов от общего числа жителей в США характеризуется высокой степенью стабильности (5,3% - 5,5% в 1980-1995 годах), что, благодаря высокой открытости американской системы высшего образования (из более чем трех тысяч университетов и колледжей в США, лишь в 175-ти проводится специальный отбор [8]), позволяет рассматривать его как некий “потолок”. На фоне приведенных данных видно, насколько далеки от этого “потолка” европейские страны и Израиль, что позволяет предсказать дальнейший рост числа студентов в Израиле до 300-320 тысяч человек. Впрочем, обязательным условием указанного роста является увеличение числа выпускников школ, успешно сдающих экзамены на необходимый для приема в вузы аттестат зрелости (рост процента 17-летних юношей и девушек, сдавших все экзамены на аттестат, с 35% в 1987 году до 41,4% в 1999 году никак нельзя считать достаточным [9]), либо же изменение статуса этих экзаменов во всем, что касается поступления в высшие учебные заведения.

На сегодняшний день, единственным университетом в Израиле, поступление в который не требует сдачи каких-либо выпускных или вступительных экзаменов, является Открытый университет, основанный на принципе дистанционного обучения в сочетании с развитой системой очной и заочной поддержки студентов преподавателями и инструкторами [10]. Открытый университет отличается организационной и административной гибкостью. Абитуриент не должен поступать на определенный факультет или на определенную кафедру. Поступление в Открытый университет – это, по существу, запись на изучение конкретных учебных курсов. Количество изучаемых в семестр курсов определяет сам студент. Программы большинства учебных курсов рассчитаны на один семестр, на протяжении которого студент должен выполнять академические требования, установленные для данного предмета. Студенту, окончившему какой-либо из курсов Открытого университета, начисляется определенное количество так называемых “академических баллов”. Необходимыми условиями окончания учебного курса считается выполнение нескольких домашних контрольных работ и успешная сдача очного экзамена в конце семестра. Университет не требует от учащихся выполнения единой жесткой учебной программы в течение установленного промежутка времени. Темп обучения определяется студентом в зависимости от его желаний, способностей и потребностей. Система дистанционного обучения и самостоятельных занятий, разработанная Открытым университетом, позволяет каждому определить условия своей учебы, принимая во внимание ограничения, накладываемые работой, семьей, домашним хозяйством или армейской службой. Такая система обучения не ставит студента в зависимость от определенного места учебы или жесткого расписания. То, что недостижимо в обычном вузе, учеба в котором привязана к учебным корпусам, где находятся преподаватели и студенты, становится возможным в Открытом университете.

Как известно, в последние годы дистанционное обучение становится интегральной частью программ университетов в разных странах мира. Признанным лидером дистанционного обучения стал Британский открытый университет, основанный указом королевы в 1969 году. По данным американского центра образовательной статистики, дистанционные программы составляют более трети учебных программ в высших учебных заведениях США, почти 80% вузов используют компьютерные технологии как неотъемлемую часть учебного процесса. В США даже создан Национальный совет по дистанционному образованию. Сейчас наиболее престижные университеты решают задачу сохранения качества преподавания при дистанционной методике обучения [11]. В этой связи следует отметить, что идя навстречу учащимся в отношении свободного приема и возможности составления индивидуального учебного плана, Открытый университет в академическом смысле ни в чем не уступает другим израильским высшим учебным заведениям. Специалисты университета традиционно уделяют особое внимание качеству преподавания и профессиональному уровню предлагаемых студентам учебных материалов. Диплом, выдаваемый Открытым университетом Израиля, считается академическим дипломом международного уровня. Такая требовательность, однако, приводит к тому, что процент студентов Открытого университета (число которых, кстати, уже превысило тридцать две тысячи), успешно заканчивающих обучение на получение академической степени, сравнительно невелико: за пять лет – с 1992 по 1997 год – степень бакалавра в Открытом университете Израиля получили только 3068 человек [7, табл. 22.42], однако большие усилия коллектива Открытого университета и неуклонный рост числа студентов позволяют надеяться на то, что в ближайшие пять лет это число может быть удвоено.

Достаточно высокий конкурс среди поступающих, а еще более – сравнительно высокие требования к студентам в большинстве израильских вузов, привели к появлению в Израиле различных структур, в погоне за студентами готовых снизить свои требования до абсолютного минимума. Большинство таких структур действуют в Израиле под вывеской иностранных (как правило, британских) университетов, предлагая за пять-шесть тысяч долларов в год (обычная плата за обучения в израильских университетах не достигает и $2.400, причем эта сумма абсолютно идентична для студентов всех факультетов и кафедр) при учебе не более четырех-шести часов один раз в неделю, в течение года получить диплом бакалавра или магистра того или иного иностранного вуза. Пользуясь положениями либерального Закона о свободе деятельности (1992; вторая редакция – 1994), не скупясь на рекламные кампании в прессе, представители этих так называемых вузов, привели к появлению в Израиле параллельной системы выдачи дипломов, не подкрепленных практически никакими реальными знаниями. Более того, малейшие попытки преподавателей этих вузов (а все без исключения преподаватели этих “британских” вузов набираются в Израиле среди аспирантов и младших преподавателей университетов и ведут все свои лекции исключительно на иврите) требовать от студентов хоть какой-то отдачи и самостоятельной работы, наталкиваются на возмущенное противодействие с их стороны: уверенность этих “студентов” в том, что будущий диплом оплачен и, следовательно, гарантирован подтверждается соответствующей политикой администрации подобных структур, существующих исключительно за счет платы, вносимой “искателями дипломов”. В этой ситуации преподаватели, нуждающиеся в работе, вынуждены закрывать глаза на чрезвычайно низкий уровень требований к абитуриентам и студентам подобных учебных заведений. По не до конца понятным причинам, Государственный совет по высшему образованию, несмотря на многочисленные угрозы, со своей стороны до сих пор не положил конец этой практике “распродажи дипломов”, что приводит не только к девальвации статуса высшего образования, но и приносит огромный вред экономике страны (обладатели подобных дипломов, как и все остальные работающие жители, имеющие высшее образование, могут рассчитывать на прибавку к жалованию, достигающую порой сотен долларов ежемесячно).

Почему же израильские ученые, прошедшие изнурительный многолетний путь к получению магистерской степени и докторской диссертации (суммарный средний срок обучения на степени бакалавра и магистра составляет восемь лет, подготовка докторской диссертации занимает еще около пяти лет), соглашаются участвовать в этой “ярмарке дипломов”? К сожалению, причина кроется в достаточно тяжелом материальном положении многих из них. Нельзя не отметить того факта, что новые университеты не создавались в Израиле уже на протяжении четверти века, а количество ставок в существующих университетах не только не растет, но порой даже сокращается (примером тому может служить политика десятипроцентного сокращения ставок, проводимая в Иерусалимском университете в последние годы). Страдают от этого и студенты, которые порой учатся в переполненных аудиториях, но прежде всего – ученые, а в особенности – ученые-иммигранты. Непрерывный рост числа региональных и специализированных колледжей позволяет удовлетворить растущий спрос на высшее образование со стороны потенциальных студентов, однако между колледжами и университетами существует весьма значительное различие: в то время как все университеты получают от государства субсидии на развитие исследовательских проектов, колледжи не получают никаких государственных дотаций на научно-исследовательскую деятельность. В университетах можно работать научным сотрудникам, не ведя лекций и занятий со студентами, в колледжах – никогда. В результате этого, потерпев неудачу при устройстве на работу в университет или лишившись в нем рабочего места, пусть даже и блестящие ученые, но не владеющие государственным языком страны – ивритом, не имеют никаких шансов устроиться на работу в колледжи, в которых ценятся исключительно преподавательские способности ученых, что подразумевает совершенное владение тем языком, на котором читаются лекции и проводятся дополнительные занятия [12]. Однако следует отметить, что проблема профессионального трудоустройства остро стоит и среди коренных жителей страны; достаточно сказать, что число аспирантов выросло за последние двадцать лет более чем вдвое (от 2.930 человек в 1979/80 учебном году до 6.070 в 1997/98 учебном году), аналогично выросло и число получающих степень доктора наук (с 273 человек в год в 1974/75 году до 356 человек в 1984/85 году и 579 человек – в 1994/95 году), в то время как число научно-исследовательских ставок выросло с 1985 по 1997 год лишь на 21% - с 7.871 до 9.546. Более того, число ставок младших преподавателей сократилось за указанный период более чем на 30% - с 2.789 до 1.926 [7, табл. 22.40]. Данная ситуация не оставляет молодым ученым больших возможностей для маневра, вынуждая многих из них сотрудничать с существующими под британским флагом “фабриками продажи дипломов”, а кого-то – и покидать Израиль, отправляясь в поисках более благоприятных условий для научной деятельности в другие страны. Кстати говоря, большой успех, как правило сопутствующий израильским ученым за границей, является лучшим индикатором высокого уровня профессиональной подготовки, полученной ими в израильских университетах. Правомерно предположить, что увеличение инвестиций в развитие научных исследований станет фактором, в высшей степени благоприятно влияющим на сохранение в стране многих ее блестящих умов, и можно только пожалеть, что этого не происходит, да и вряд ли произойдет: отдел планирования министерства финансов прогнозирует дополнительный пятидесятипроцентный рост числа студентов в ближайшие десять лет (что соответствует выкладкам, представленным в данной статье) при лишь десятипроцентном увеличении инвестиций в развитие науки и университетов страны. Исходя из этого можно прогнозировать дальнейшее увеличение разрыва между потребностями израильских университетов и их финансовыми возможностями, что не сможет не сказаться отрицательно на сохранении интеллектуального потенциала страны.

Дополнительной проблемой израильского высшего образования является еще далеко не преодоленное социальное неравенство. Многочисленные социологические исследования, проводимые в США и странах Западной Европы, показывают, что в составе студентов (особенно если иметь в виду наиболее престижные вузы) непропорционально большой процент составляют выходцы из привилегированных слоев населения. Несмотря на то, что плата за обучение в высшей школе почти нигде не является главным источником дохода учебного заведения, в некоторых частных университетах США она очень велика, доходит до 25 тыс. долл. в год и оказывается непосильной даже для многих семей, относящихся к среднему классу. Тем не менее, принцип доступности послесреднего образования пробивает себе дорогу. В последние десятилетия приняты законы, способствующие привлечению в высшую школу молодежи из малообеспеченных семей. В государственных послесредних учебных заведениях ряда западноевропейских стран плата за обучение либо полностью отменена (Германия, Австрия, скандинавские страны), либо значительно снижена, порой до символического значения. Часть студентов получает стипендии: во Франции — около 20%, в Италии и Испании — 10%; расширяется сеть дешевых студенческих общежитий и ресторанов. В США половина всех федеральных ассигнований на высшее образование идет на помощь студентам для оплаты их учебы; в соответствии с Законом 1965 г. о развитии высшей школы государство полностью оплачивает обучение молодых людей, поступивших в университеты и колледжи после службы в армии. Функционирует система займов, предоставляемых студентам корпорациями и благотворительными фондами [6, с.105-129]. Более того, в США, Канаде, Франции, Италии многие вузы (включая и ряд университетов) зачисляют без экзаменов в число студентов всех абитуриентов, имеющих свидетельства об успешном окончании полной средней школы; число вакансий на первых курсах не лимитируется. Таким образом, поступление в высшую школу начинает рассматриваться не как привилегия, а как естественное право молодежи.

Подобная система государственной поддержки студентов из малообеспеченных слоев населения создана и в Израиле. Приложенные усилия привели к тому, что процент студентов среди израильской молодежи – выходцев из восточных стран увеличился с 1964 по 1995 год более чем в семь раз! [13]. Вместе с тем, этот процент (5,8%) по прежнему значительно ниже, чем среди уроженцев страны – выходцев из стран Европы и Америки (15,1%), равно как и чем среди уроженцев страны во втором поколении (14,8%) [14]. Очевидно, что со временем неравенство между различными этнокультурными группами во всем, что касается получения высшего и среднего специального образования, сокращается [15], однако процесс этот идет очень медленно. Более того, есть все основания полагать, что в последние годы формируется обратная динамика, способная еще более увеличить неравенство, существующее между различными статусными группами.

Как уже отмечалось, плата за обучение в израильских университетах сравнительно невелика, будучи единой для студентов всех кафедр и факультетов. Размер платы за обучение устанавливается Государственной комиссией по высшему образованию, которая также устанавливает размеры субсидий, получаемых университетами за каждого выпускника. На сегодняшний день минимальная сумма субсидии составляет примерно три тысячи долларов за каждого выпускника факультета общественных наук; более высокая себестоимость обучения на других факультетах обуславливает больший размер субсидии, выплачиваемой за их выпускников университетам из государственного бюджета. Как уже указывалось, поступление на целый ряд пользующихся повышенным спросом кафедр и факультетов является чрезвычайно проблематичным, в особенности для выходцев из слабых слоев населения. Вместе с тем, за последние годы было открыто семь частных колледжей, не получающих государственных субсидий, а потому существующих исключительно за счет значительно более высокой платы, вносимой студентами (и их родителями). Очевидно, что едва ли найдутся желающие поступать в эти колледжи ради возможности изучать в них историю, географию, французский язык и литературу или физику – кафедры, принимающие почти всех потенциальных абитуриентов, а потому в частных колледжах открываются только считающиеся наиболее престижными кафедры. Как следствие, студенты из небогатых семей поставлены в заведомо неравное положение, и есть основания предполагать, что это неравенство сохранится и дальше.

Проблема неравенства в системе высшего образования тесно связана с дифференцированным уровнем получения полного аттестата зрелости в различных социо-демографических группах израильского общества. В то время как среди евреев 18-летнего возраста процент получающих полный аттестат составляет 44%, среди арабов он не превышает 22%. Кроме того, различное отношение к учебе и научной работе приводит к тому, что если среди евреев около 40% выпускников школ начинают учебу в одном из вузов в течение семи лет после завершения среднего образования, среди арабов этот процент не превышает 25% [16]. В результате, процент арабских студентов намного ниже удельного веса арабских граждан от общего числа жителей страны – являя собой 17% населения Израиля, они составляют лишь менее 7% студентов университетов [17]. Вероятно, данная статистика частично объясняется тем, что при отсутствии в Израиле университета, занятия в котором проходили бы на арабском языке, немалый процент потенциальных студентов предпочитает получать образование в университетах, расположенных на Западном берегу, а также в Иордании и в Египте.

Израильская система высшего образования переживает в настоящее время бурные перемены, которые в максимально краткой форме были изложены в данной статье. Очевидно, что детальный анализ всего комплекса описанных процессов – дело будущего. Вместе с тем, я надеюсь, что изложенные в статье данные (прежде никогда не публиковавшиеся в российской научной периодике) и представленный социологический анализ (базирующийся на обзоре большого числа релевантных исследований и обзоров) позволят читателю составить адекватное представление об одной из самых многоплановых и динамично развивающихся систем высшего образования. Кроме того, не приходится сомневаться, что многие дилеммы и проблемы, стоящие перед израильской системой высшего образования, похожи на те, что существуют и в других развитых странах. Это позволяет надеяться на то, что представленный в настоящей статье израильский опыт может быть полезным для сравнительного обсуждения проблем высшего образования в современном мире.


Литература

1. Эпштейн А. Марш одиноких. Иерусалимская профессура в годы триумфа политического сионизма // Вестник еврейского университета. Москва-Иерусалим. - 1999. - №2 (20), стр. 156-180.

2. Исторический обзор развития системы высшего образования в Израиле см. в статье: Ben-David J. Universities in Israel: Dilemmas of Growth, Diversification and Administration // Studies in Higher Education. - 1986. - vol. 11, issue 2, pp. 105-130.

3. Herskovic S. (ed.). The Higher Education System in Israel: Statistical Abstract and Analysis. - Jerusalem: Council for Higher Education, 1997.

4. Подробнее см. в статье: Guri-Rosenblit S. Changing Boundaries in Israeli Higher Education // Mediterranean Journal of Educational Studies. - 1999. - vol. 4, issue 2, pp. 91-114.

5. Gellert C. Higher Education in Western Europe. - In M. Green (ed.), Transforming Higher Education. Views from Leaders Around the World. - American Council on Education, 1997, pp. 114-130.

6. Вульфсон Б.Л. Стратегия развития образования на Западе на пороге ХХI века. - Москва: Университет Российской академии образования, 1999.

7. Education and Culture – Selected Data. - Israel: Central Bureau of Statistics, 1998.

8. Розовски Г. Университет. - Москва: “Мосты культуры”, 1995, стр. 68.

9. Аттестат зрелости получают все больше учащихся. - Вести (Израиль), 19 апреля 2000 г., стр. 2.

10. Подробнее о принципах работы Открытого университета Израиля см: Halperin S. Any Home a Campus: Everyman’s University of Israel. - Washington: Institute of Educational Leadership, 1985.

11. О сегодняшнем дне и перспективах дистанционного обучения в западных странах см.: Distance Learning: Посторонним вход разрешен. // Обучение за рубежом. - 1999. - №6, с.56-57 (статья является изложением материала, подготовленного американским центром по образовательной статистике в феврале 1998 года); Герасимова И., Буховцев А. Диплом по модему. // Обучение за рубежом. - 1999. - №2, с.54-56; Абаринова И. Новый взгляд на заочника. // Обучение за рубежом, - 1999. - №8, с.56-58; Буховцев А. Канадский диплом – заочно. // Обучение за рубежом. - 1999 - №3, с.56-57.

12. См.: Эпштейн А., Патлас Н., Куперман В. и Хеймец Н. На переломе: Российские ученые за рубежом – проблемы профессиональной интеграции и самоидентификации. - Актуальные проблемы новой России (под ред. М.Н. Кочевника). - Москва: Институт социально-политических исследований РАН, 2000, стр. 207-217.

13. Подробнее об этих тенденциях см. в статье: Guri-Rosenblit S. Trends in Access to Israeli Higher Education, 1981-1996: From a Privilege to a Right. // European Journal of Education. - 1996. - vol. 31, issue 3, pp. 321-340.

14. Рассчитано по данным, приведенным в: Education and Educational Resources in Israel, 1990-1996. - Israel: Central Bureau of Statistics, 2000, p. 66.

15. Подробнее см. в статьях: Shavit Y., Cohen Y., Stier H. and Bolotin S. Ethnic Inequality in University Education in Israel. // Jewish Journal of Sociology. - 1999. - vol. 41, issue 1-2, pp. 5-23; Dar Y. and Resh N. Exploring the Persistence of Academic Achievement Gaps: Social Differentials in Family Resource Returns in Israel. // Research in Sociology of Education and Socialization. - 1996. - vol. 11, pp. 235-261; Cohen Y. and Haberfeld Y. Second-Generation Jewish Immigrants in Israel: Have the Ethnic Gaps in Schooling and Earnings Declined? // Ethnic and Racial Studies. - 1998. - vol. 21, issue 3, pp. 507-528; Guri-Rosenblit S. Selectivity and Openness in Israeli Higher Education. // Review of Higher Education. - 1991. - vol. 22, pp. 24-38.

16. Система образования Израиля в зеркале цифр. - Иерусалим: издание министерства просвещения, 2000, стр. 82 [на иврите].

17. Подробнее см. в статье: Mazawi A.E. University Education, Credentialism and Social Stratification among Palestinian Arabs in Israel. Higher Education. - 1995. - vol. 29, pp. 351-368.





Похожие:

“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149 iconМ. Г. Абрамзон Яндекс для всех
России, и руководил этой компанией с 1989 по 2000 год. Принимал активное участие в процессе дерегулирования частот для беспроводных...
“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149 iconПостановление
Липецкое уфас россии) А. А. Сешенов, рассмотрев материалы дела об административном правонарушении №149-р-12, возбужденного в отношении...
“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149 iconМетодические указания по подготовке к государственной итоговой
Для студентов VI курса (первое высшее образование, специализации: «производственный менеджмент», «инновационный менеджмент», «предпринимательство»)...
“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149 icon[1] с. (Высшее профессиональное образование). Библиогр в конце гл. Имен указ с. 468-478. Isbn 978-5-7695-8334-6 : 500-50
Историография истории России [Текст] : учеб пособие для студентов вузов / Г. Р. Наумова, А. Е. Шикло. 4-е изд., стер. Москва : Академия,...
“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149 iconПрограмма вступительных испытаний (собеседования) для лиц, имеющих высшее профессиональное образование
Вступительные испытания для лиц, имеющих высшее профессиональное образование, при приеме для обучения по программам подготовки бакалавра...
“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149 iconСписок новой литературы, поступившей в библиотеку в январе 2013 г
Балакина А. П. Высшее образование современной России- слагаемое развития. М.: Экономика, 2012. 207 с
“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149 iconОтчет по Договору №05-03-138 от 2 июня 2011 г по программе 001 «Услуги по сохранению, восстановлению и улучшению качества окружающей среды, обеспечению перехода Республики Казахстан к устойчивому развитию» Специфика 149 «Прочие услуги и работы»
...
“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149 iconПрограмма вступительных испытаний для лиц, имеющих высшее профессиональное образование, поступающих на направление подготовки 050700. 68 Специальное (дефектологическое) образование магистерскую программу «Логопедия»

“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149 iconПриказ
Вм-08, и вмз-08, получающим второе высшее образование, обучающихся по специальности 230101. 65 «Вычислительные машины, комплексы,...
“Высшее образование в России”, №6, 2000 г., стр. 138-149 iconПервое высшее техническое учебное заведение россии
Первое высшее техническое учебное заведение россии министерство образования и науки российской федерации
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib2.znate.ru 2012
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница