A theory of justice the belknap press of harvard university press cambridge, massachusetts




Скачать 16,22 Kb.
НазваниеA theory of justice the belknap press of harvard university press cambridge, massachusetts
страница2/90
Дата04.02.2016
Размер16,22 Kb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   90

Еще одна вещь, которую я сделал бы, — это более четкое разделение идеи демократии с частной собственностью (введенной в главе V) и идеи государства благосостояния7. Это совершенно различные идеи, но так как они обе дозволяют частную собственность, мы ошибочно можем принять их за одну идею. Главное различие заключается в том, что сопутствующие институты демократии с частной собственностью, с ее системой (работоспособных) конкурирующих рынков стараются разделить собственность на материальные ценности и капитал, и следовательно, избегается такая ситуация, когда небольшая часть общества контролирует экономику и косвенным образом саму политическую жизнь. Демократия с частной собственностью делает это не через перераспределение дохода в пользу тех, кто имеет меньше, так сказать, в конце каждого периода, но' скорее, через гарантирование широкого распространения прав собственности на средства производства и человеческий капитал (способности, развитые в результате образования, и обучение навыкам) в начале каждого периода, все это в условиях равных основных свобод и честного равенства возможностей. Идея состоит не просто в том, чтобы помогать тем, кто теряет из-за случайностей или несчастий (хотя это должно быть сделано), но чтобы поставить всех граждан в положение, в котором они сами могли бы управлять своими собственными делами и принимать участие в социальной кооперации, наряду со взаимным уважением при подходяще равных условиях.

Приведем, здесь две различные концепции цели политических институтов по ходу времени. В государстве благосостояния эта цель состоит в том, что никто не должен иметь стандарт жизни, ниже некоторого приемлемого уровня, и все должны получить определенную защиту от случайностей и несчастий, например, пособие по безработице и на медицинское обслуживание. Перераспределение дохода служит этой цели, когда в конце каждого периода могут быть идентифицированы нуждающиеся в помощи. Такая система может позволить большие и ненаследуемые неравенства в богатстве, несовместимые со справедливой ценностью политических свобод (введенной в § 36), так же как и большие неравенства в доходах, нарушающие принцип различия. В то время как делаются некоторые усилия по


11

***

установлению гарантий честного равенства возможностей, они не являются ни достаточными, ни эффективными, при наличии дозволяемого неравенствами богатства и влияния в политике.

В противоположность этому, при демократии с частной собственностью цель заключается в том, чтобы осуществить идею общества как справедливой системы кооперации по ходу времени между гражданами как свободными и равными личностями. Таким образом, базисные институты с самого начала должны передать в руки всех граждан, а не части, средства производства, дабы эти граждане были сотрудничающими членами общества. Упор делается как на постепенном распределении собственности на капитал и ресурсы по законам наследования, и честном равенстве возможностей, гарантированном образованием и обучением, и т. п., так и на институтах, которые поддерживают справедливую ценность политических свобод. Для того чтобы понять значимость принципа различия, он должен рассматриваться в контексте демократии с частной собственностью (или либерального социалистического режима), а не государства благосостояния: это принцип взаимности для общества, рассматриваемого как честная система кооперации между свободными и равными гражданами смежных поколений.

Упоминание (несколькими строками ранее) либерального социалистического режима заставляет меня добавить, что справедливость как честность оставляет открытым вопрос о том, могут ли ее принципы быть лучше реализованы некоторой формой демократии с частной собственностью, или же либеральным социалистическим режимом. Решение этого вопроса должно зависеть от исторических обстоятельств и традиций, институтов и социальных сил в каждой стране8. В качестве политической концепции справедливость как честность, следовательно, не включает никаких естественных прав частной собственности на средства производства (но включает право личной собственности как необходимое условие независимости и целостности граждан), ни естественного права на управляемые предприятия, или же предприятия, находящиеся в народной собственности. Вместо этого предлагается концепция справедливости, в свете которой эти вопросы могут разумно решаться, с учетом конкретных особенностей каждой страны.

Апрель, 1995 г.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Опубликовано издательством Harvard Univereity Press, Cambridge, MA, 1971.

2. По поводу этих двух принципов см. §§ 12—14, гл. П. Именно эти два принципа, и, в частности, принцип различия, придаюг справедливости как честности либеральный, или социал-демократический характер.


12

***

3. См. eго работу - L. A. Hart „Rawls on Liberty and ItsPriority". University of Chicago Law Review, vol.40 (1973), pp. 534-555.

4. См. Tanner Lectures on Human Values (Salt Lake City: University of Utah Press, 1982), vol. III pp. 3-87.

5. Этот очерк появился в Utilitarianism and Beyonad, ed. by Amartia Sen and B. Williams (Cambrige: Cambrige University Press, 1982), pp. 159-185.

6. По поводу этой ошибки см. "Basic Liberties and Their Ptiority", Ibid., сноска 83 на с. 87.

7. Термин "демократия с частной собстенностью" я заимствовал из работы J.E.Meed. Efficiency, Equality and yhe Ownership of Property (London, 1964), особенно гл. V

8. См. последние два абзаца § 42, гл. V.


13

***

ИЗ ПРЕДИСЛОВИЯ К АНГЛИЙСКОМУ ИЗДАНИЮ

Представляя теорию справедливости, я пытался свести в согласованную систему идеи, высказанные мною в статьях, написанных за последние полтора десятка лет. Все центральные положения этих статей нашли отражение в книге, но в более детальном виде. Кроме того, в книге обсуждаются и такие вопросы, которые служат завершению теории. Изложение распадается на три части. Первая часть посвящена более детальной разработке тем, поднятых в статьях „Справедливость как честность" (1958) и „Распределительная справедливость: некоторые приложения" (1968). Три первых главы второй части соответствуют, правда, с многими дополнениями, темам статей „Конституционная свобода" (1963), „Распределительная справедливость" (1967) и „Гражданское неповиновение" (1966). Вторая глава последней части рассматривает проблемы, обсуждавшиеся в статье „Смысл справедливости" (1963)*. За исключением нескольких мест, остальные главы книги представляют неопубликованный материал. Хотя основные идеи являются во многом теми же, я попытался устранить противоречия, а также дополнить и усилить аргументацию.

Вероятно, мне следует объяснить цель моей книги. Долгое время доминирующей систематической теорией в современной моральной философии была некоторая форма утилитаризма. Одна из причин этого в том, что утилитаризм был представлен блестящими писателями, которые возводили воистину впечатляющее как по объему, так и по тщательности строение. Мы иногда забываем, что великие утилитаристы — Юм и Адам Смит, Бентам и Милль, были выдающимися социальными теоретиками и экономистами, и моральная доктрина, разрабатывавшаяся ими, была приспособлена к нуждам их более широких интересов и составляла лишь часть более объемной


* Упомянутые статьи опубликованы в следующих изданиях: Justice as Fairness, The Philosophical Review, vol. 57 (1958); Distributive Justice: Some Addenda, Natural Law Forum, vol. 13 (1968); Constitutional Liberty and the Concept of Justice. № VI: Justice, ed. C. J. Friedrich and John Chapman (N.Y.: Atherton Press, 1963); Distributive Justice, Philosophy, Politics and Society, Third Series, ed. Peter Laslett and W. G. Runciman (Oxford: Basil Blackwell, 1967); The Justification of Civil Disobedience, Civil Disobedience, ed. H. A. Bedan (N.Y.: Pegasus, 1969); The Sense of Justice, The Philosophical Review, vol. 62 (1963).

14

***

схемы. Критиковавшие их часто делали это с более узкой точки зрения. Они говорили о неясности принципа полезности и замечали кажущиеся противоречия между многими положениями теории утилитаризма и нашими моральными чувствами. Но критики не преуспели в построении и систематической разработке противоположной утилитаризму концепции. Итогом этой ситуации стало то, что мы часто должны выбирать между утилитаризмом и интуитивизмом. Наиболее вероятным выходом из положения является принятие некоторого варианта принципа полезности, ограниченного на интуитивистский лад предположениями, имеющими зачастую ad hoc характер. Такой подход не является иррациональным, и нет никакой гарантии, что вообще можно сделать что-либо лучшее. Но это не причина для того, чтобы не постараться сделать это.

Я попытался обобщить и представить в виде теории высокой степени абстракции традиционную теорию общественного договора, выдвигавшуюся Локком, Руссо и Кантом. Я надеюсь, что теория эта может быть развита таким образом, чтобы устоять против тех серьезных возражений, которые до этого были часто фатальны для теории общественного договора. Более того, предлагаемая мною теория представляет систематическое рассмотрение справедливости, альтернативу традиционно доминирующему утилитаризму, превосходящую его по многим параметрам. Результатом является теория, которая в высшей степени напоминает теорию Канта. И я подчеркиваю, что никоим образом не претендую на оригинальность в этом отношении. Основными являются классические идеи, довольно хорошо известные. Мое намерение состоит в том, чтобы организовать эти идеи в более широкую схему путем использования некоторых упрощающих приемов, что позволит оценить силу классических идей. Цели книги будут полностью достигнуты, если она позволит увидеть более ясно основные структурные особенности альтернативной концепции справедливости, которая содержалась в неявном виде в договорной традиции, а также укажет пути дальнейшей разработки теории. Из всех традиционных теорий эта концепция, я полагаю, наилучшим образом согласована с нашими обдуманными суждениями справедливости и поэтому представляет подходящий моральный базис демократического общества.

Это большая книга, и не только из-за большого количества страниц. Следовательно, для облегчения труда читателя необходимы некоторые подсказки со стороны автора. Фундаментальные интуитивные идеи теории справедливости представлены в §§ 1—4 главы I. Отсюда возможен прямой переход к обсуждению двух видов справедливости для институтов в §§ 11—17 главы II и затем к рассмотрению исходного положения во всей главе III. Желательно некоторое знакомство с § 8, где обсуждается проблема приоритета, если читатель совсем не встречался с этим понятием. Далее идет глава IV, §§ 33—35 о равной свободе и §§ 39—40 о значении приоритета свободы и кантианской интерпретации, дающая более полное представление доктрины. Все мною упомянутое составляет около трети книги, в которой содержатся основные положения теории.

15

***

Есть, однако, опасность того, что без рассмотрения аргументов последней части теория справедливости не будет понята правильно. В частности, необходимо указать на важность следующих разделов: §§ 66—67 главы VII о моральной ценности, самоуважении и родственных им понятиях; § 77 главы VIII об основании равенства; §§ 78—79 об автономии и социальном союзе, § 82 о приоритете свободы и §§ 85—86 о единстве личности и о конгруэнтности — из главы IX. Но даже с этими добавлениями мы все еще имеем меньше половины всего текста.

Заглавия параграфов, предисловия к каждой главе и указатель позволят читателю составить представление о содержании книги. Нет смысла комментировать его, добавлю лишь, что я старался избегать обширных методологических дискуссий. Есть краткое обсуждение природы моральной теории в § 9 и обсуждение обоснования в §§ 4 и 87. Короткое отступление по поводу значения „блага" предпринято в § 62. То тут, то там разбросаны методологические замечания, но все существенное для моей теории содержится в основном в части первой. Сравнения и сопоставления с другими теориями, а также критика этих теорий, особенно утилитаризма, служат цели уточнения моей концепции.

Не рассматривая большую часть глав IV—VIH в качестве основного материала книги, я вовсе не имею в виду, что эти главы являются периферийными, или же просто приложениями. Наоборот, я полагаю, что важной проверкой теории служит то, как она систематизирует и упорядочивает наши обдуманные суждения в широком круге вопросов. Темы этих глав следует учитывать, и в их свете модифицировать предлагаемые читателю взгляды. Но читатель волен следовать своим предпочтениям и рассматривать те проблемы, которые его интересуют больше всего.

Август, 1971 г.

***

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ТЕОРИЯ

***

Глава I

СПРАВЕДЛИВОСТЬ КАК ЧЕСТНОСТЬ

В этой вводной главе я намечу основные идеи предлагаемой мною теории справедливости. Изложение является неформальным, его цель — подготовка более детальной аргументации, которая последует далее. Неизбежно при этом некоторое пересечение обсуждаемого здесь и более поздних материалов. Я начну с описания роли справедливости в социальной кооперации и рассмотрения первичного субъекта справедливости, базисной структуры общества. Затем я представлю основную идею справедливости как честности, теорию справедливости, которая обобщает и возводит на более высокий уровень абстракции традиционную концепцию общественного договора. Договор в обществе заменяется исходной ситуацией, которая включает некоторые процедурные ограничения на аргументы, предназначенные для формулировки исходного соглашения по поводу принципов справедливости. В целях прояснения моей концепции я также сопоставлю ее с классическим утилитаризмом и интуитивизмом, подмечая различия между этими концепциями справедливости и справедливостью как честностью. При этом я руководствуюсь намерением представить теорию справедливости в качестве жизнеспособной альтернативы этим доктринам, которые столь долго доминировали в нашей философской традиции.

1. РОЛЬ СПРАВЕДЛИВОСТИ

Справедливость — это первая добродетель общественных институтов, точно так же как истина — первая добродетель систем мысли. Теория, как бы она ни была элегантна и экономна, должна быть отвергнута или подвергнута ревизии, если она не истинна. Подобным же образом законы и институты, как бы они ни были эффективны и успешно устроены, должны быть реформированы или ликвидированы, если они несправедливы. Каждая личность обладает основанной на справедливости неприкосновенностью, которая не может быть. нарушена даже процветающим обществом. По этой причине справедливость не допускает, чтобы потеря свободы одними была оправдана большими благами других. Непозволительно, чтобы лишения, вынужденно испытываемые меньшинством, перевешивались большей суммой преимуществ, которыми наслаждается большинство. Следовательно, в справедливом обществе должны быть установлены свободы

19

***

граждан, а права, гарантируемые справедливостью, не должны быть предметом политического торга или же калькуляции политических интересов. Единственное, что позволяет нам неохотно принимать ошибочную теорию, — это отсутствие более лучшей теории. Аналогично, несправедливость терпима только тогда, когда необходимо избежать еще большей несправедливости. Будучи первыми добродетелями человеческой деятельности, истина и справедливость бескомпромиссны.

Эти суждения наверняка выражают наше интуитивное убеждение в первичности справедливости. Без сомнения, они выражают это весьма сильно. В любом случае, я хотел бы исследовать, являются ли эти и подобные им спорные положения обоснованными, и, если это так, как это можно показать. Для этих целей необходимо разработать теорию справедливости, в свете которой эти утверждения могут быть интерпретированы и оценены. Я начну с рассмотрения роли принципов справедливости. Давайте предположим, дабы была понята идея, что общество — это более или менее самодостаточная совокупность людей, которые в своих взаимоотношениях осознают определенные обязывающие их правила поведения и которые, по большей части, поступают согласно этим правилам. Предположим, далее, что эти правила устанавливают систему кооперации, предназначенную обеспечить блага тем, кто следует правилам. Но хотя общество и представляет общественное предприятие во имя взаимной выгоды, для него характерны конфликты интересов, как, впрочем, и их совпадение. Совпадение интересов заключается в том, что социальная кооперация делает возможной для всех лучшую жизнь по сравнению с тем, чем она была бы, если бы каждый жил за счет собственных усилий. Конфликт интересов выражается в том, что людям небезразлично, как большие выгоды, полученные из сотрудничества, распределяются между ними, поскольку в преследовании собственных целей они предпочитают получить больше сами и уменьшить долю, которую нужно разделить с другими. Требуется определенное множество принципов для того, чтобы сделать выбор среди различных социальных устройств, которые определяют разделение выгод, и чтобы прийти к соглашению о распределении долей. Эти принципы являются принципами социальной справедливости: они обеспечивают способ соблюдения прав и обязанностей основными институтами общества.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   90

Похожие:

A theory of justice the belknap press of harvard university press cambridge, massachusetts iconФредрик Джеймисон Постмодернизм или логика культуры позднего капитализма. Из книги Postmodernism or The Cultural Logic of Late Capitalism. Durham, Duke University Press pp. 1-54
Из книги Postmodernism or The Cultural Logic of Late Capitalism. Durham, Duke University Press pp. 1-54
A theory of justice the belknap press of harvard university press cambridge, massachusetts iconTheory of translation (english and russian) 3d edition, revised Vladivostok Far Eastern University Press 2008
П 78 теория перевода (с английского языка на русский и с русского языка на английский): Уч на англ яз. – Владивосток: Изд-во Дальневост...
A theory of justice the belknap press of harvard university press cambridge, massachusetts iconСходство культур и галлюциногены
Перевод с английского Богайчука И. К., ї 1990 Prism Press, Unity Press, Text copyright 1990 by Marlene Dobkin de Rios
A theory of justice the belknap press of harvard university press cambridge, massachusetts iconГризельда Поллок Созерцая историю искусства: видение, позиция и власть
Перевод выполнен А. Усмановой по изданию: Pollock G. “Beholding Art History: Vision, Place and Power”, in Mellvill S., Readings B....
A theory of justice the belknap press of harvard university press cambridge, massachusetts iconAssistant Professor, Department of Psychiatry, Harvard Medical School; Administrative Director, Commonwealth Research Center, Massachusetts Mental Health
Сегодня же разработаны классификации dsm-iv и мкб-10, и нередко успех лечения зависит от того, насколько точно диагноз соответствует...
A theory of justice the belknap press of harvard university press cambridge, massachusetts iconИммиграция на Гавайи в начале ХХ века
Архимандрит Августин (Никитин) и Георгий Солдатов, aardm press, Minneapolis, Minnesota 2002, 143 стр. Lc 2002091387. Выдержки из...
A theory of justice the belknap press of harvard university press cambridge, massachusetts iconЛюси о'брайен madonna подлинная биография королевы поп-музыки
Мадонне, помогавшему мне в трудную минуту. Также спасибо моему агенту Джейн Тернбулл, издателям Дугу Янгу и Саре Элмси из «Bantam...
A theory of justice the belknap press of harvard university press cambridge, massachusetts iconИнформационный бюллетень №50 (конкурсы, гранты, конференции) Ноябрь 2009г
Международные стипендии Кембриджского университета (Cambridge International Scholarships (ciss))
A theory of justice the belknap press of harvard university press cambridge, massachusetts iconAmerican Social University Research

A theory of justice the belknap press of harvard university press cambridge, massachusetts iconPresident of Russian State University for the Humanities

Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib2.znate.ru 2012
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница