А. А. Жданов




Скачать 33.92 Kb.
НазваниеА. А. Жданов
страница9/35
Дата03.02.2016
Размер33.92 Kb.
ТипДокументы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   35

ОСНОВНЫЕ ИТОГИ

Наша экспедиция проникла в верховье ледника Саг­ран, остававшееся неизвестным до 1947 г. Работа экспе­диции в этом районе дала ценные результаты по трем направлениям.

а. Спортивные достижения

  1. Совершено первовосхождение на пик 30-летия Со­ветского государства (6440 м) V-A категории трудности. Всесоюзный комитет по делам физической культуры и спорта при Совете Министров СССР оценил его как луч­шее по классу высотных восхождений, сделанных в 1947 г., и наградил первовосходителей — Е.М. Абалакова, Е.И. Иванова и Е.В. Тимашева — специальными дипломами.

  2. По западному ребру одной из труднейших и выдаю­щихся вершин Памира — пика Москва (6994 м) — Е.М. Абалаков и Е.В. Тимашев поднялись до высоты 6200 м. Этот подъем был классифицирован как IV-Б ка­тегория трудности. Группой в составе А. Сидоренко, А. Гожева и М. Ануфрикова совершено первовосхождение на пик Панорам­ный (6100 м) IV-A категории трудности.



Панорама района стыка хребта Петра Первого с хребтом Академии наук. Заснята 1 сентября 1947 г. с высоты 6150 м

с юго-восточного гребня пика 30-летия Советского государства

Фото Е. Тимашева

Коллективом 14 участников: Е. Абалаковым, М. Ануфриковым, А. Багровым, А. Гожевым, И. Дайбог, А. Зенякиным, Е. Ивановым, А. Кельзоном, проф. А.А. Летаветом, А. Попогребским, А. Сидоренко, В. Старицким, Е. Тимашевым и С. Ходакевичем, совершено первовос­хождение с ледника Сагран через перевал Летавета (4880 м) на пик Кинохроники (4980 м) III-A категории трудности.

Кроме того, проф. А.А. Летавет, И. Дайбог и С. Ус­пенский поднялись на перевал Наблюдений (5300 м).

3. Произведено обследование одной из сложнейших и замечательнейших вершин Памира — пика Москва (6994 м). Установлен и в значительной части пройден до высоты 6200 м наиболее доступный путь для ее по­корения — западное ребро. Южный и особенно северный гребни определены как имеющие значительно большие трудности. Возможность подъема на пик Москва по чет­вертому, юго-восточному ребру — из верховьев ледника Гандо, осталась неизвестной.

4. Проведено испытание по нескольким видам альпи­нистского снаряжения советской конструкции. Так, весьма удобными оказались рюкзаки модели В. Абалакова. Для высокогорья Памира и Тянь-шаня желательно увеличить их объем и исправить мелкие недочеты. Осо­бенно оправдали себя шакльтоны модели В. Абалакова, изготовленные Центральной лабораторией спортивного инвентаря при Всесоюзном комитете по делам физиче­ской культуры и спорта. Они смело могут быть рекомен­дованы для ответственных восхождений в условиях Па­мира и даже Тянь-шаня. Хорошо на всех высотах го­рел советский сухой спирт «Гекса».

б. Географические исследования

Несмотря на чрезвычайно тяжелые условия работы в высокогорье, неослабно велись географические наблю­дения аспирантом Института географии Академии наук СССР Е.В. Тимашевым. Нужно полагать, что исследо­вания, произведенные им в верховьях ледника Сагран, будут освещены в специальной географической литера­туре. Здесь же я ограничусь лишь краткой сводкой ре­зультатов его работы.

1. Составлены две схемы, уточняющие орографию я морфологию района наших наблюдений:

а) схема в масштабе 1 : 50000, впервые показываю­щая морфографическую и геоморфологическую картину широтной (верхней) части долины Сагран;

б) схема в масштабе 1 : 100 000.

На последней показан весь ледник Сагран, его гео­морфологическое районирование, взаимосвязь его вер­ховьев с верховьями смежных ледников: Шини-бини, Фортамбек и Гандо. На ней впервые выделено удиви­тельное «Памирское фирновое плато» — почти предельно выровненная горизонтальная поверхность, залегающая на абсолютной высоте более 6000 м.

  1. Составлена геоморфологическая характеристика всего 29-километрового ледника Сагран, установлены условия и тип его питания и сделан вывод о направлении регрессивного развития этого ледника.

  2. Дана морфологическая характеристика самой вы­сокогорной части Памира — района стыка хребта Петра Первого с хребтом Академии наук. По заключению Е. Тимашева этот район СССР представляет исключи­тельный интерес для геоморфологии, так как имеет клас­сические примеры:

а) ярусности рельефа;

б) сочетания в вертикальном профиле палеотипных и кайнотипных форм рельефа, выраженных предельно ярко;

в) района, испытывающего непрерывное поднятие этапами неодинаковой интенсивности;

г) «возрожденного» и «двуслойного» ледника;

д) проявления влияния экспозиции склона на положе­ние орографической снеговой границы до абсолютной высоты 7495 м.

4. Самостоятельную научную ценность представляют многочисленные фотоснимки, произведенные участни­ками экспедиции. Такова, например, уникальная пано­рама района стыка хребта Петра Первого с хребтом Ака­демии наук, заснятая Е. Тимашевым с высоты более 6000 м и приложенная к статье.

в. Киносъемка экспедиции

Благодаря работе кинооператора А. Зенякина и осо­бенно самоотверженной работе на высоте более 6000 м кинооператора, заслуженного мастера спорта А.И. Си­доренко, заснят в двух вариантах — черном и цветном — район верховьев ледника Сагран и район пика Сталина.

Заснятые кадры вошли в цветной юбилейный фильм «День Победившей Страны» и самостоятельный фильм «Киножурнал» № 11 за 1947 г. Оба фильма широко де­монстрировались на экранах нашей страны и дали воз­можность массовому зрителю увидеть замечательный географический ландшафт нашей Родины — панораму района пика Сталина.

В заключение отмечу те альпинистские проблемы в посещенном нами районе, которые заслуживают для своего решения организации специальной экспедиции.

Укажу на два объекта:

  1. Пик Москва (6994 м). Я имел возможность на­блюдать три его ребра: северное, западное и южное. Из них наиболее доступно, как сказано выше, западное. По нему нами проделан подъем до высоты 6200 м. Оставшаяся до вершины часть является, однако, чрезвы­чайно сложной и потребует больших усилий для своего преодоления. Предполагаю, что первовосхождение на
    пик, носящий имя столицы СССР, будет победой при­мерно такого же спортивного класса, как покорение Хан-тенгри (6995 м) и пика Сталина (7495 м), известные мне по личным восхождениям. Пик Москва — достойная цель для наших альпинистов.

  2. Вторую крупную и исключительно интересную спортивную проблему представляет первовосхождение на пик Ленинград (6733 м). Его я наблюдал лишь на расстоянии. Можно предполагать, что наиболее доступ­ный путь подъема на него будет с запада, из верховьев ледника Гандо.

Серьезными и весьма интересными альпинистскими задачами могут быть также первовосхождения на пик Ошанина (6305 м) и пик Липского (5550 м). Хорошими тренировочными вершинами умеренной трудности могут служить пик Ферсмана (6010 м) и пик Эдельштейна (5450 м). Местонахождение всех названных мною вер­шин ясно видно на схеме.

Отмеченные выше спортивные, научные и киносъе­мочные результаты нашей экспедиции были достигнуты благодаря спортивному мастерству, моральной стойкости и сплоченности советских альпинистов, умеющих бо­роться, преодолевать препятствия и добиваться победы для процветания Социалистической Родины!


Д.М. Затуловский


В ШАХДАРИНСКОМ ХРЕБТЕ

После трудного трехдневного штурма альпинисты достигли цели. Они стояли на вершине пика Пат-хор — высшей точке Рушанского хребта. Вокруг на гро­мадном пространстве развертывалась замечательная па­норама. Щелкали затворы фотоаппаратов, запечатлевая все то, что лежало в пределах видимости.

На фоне темно-синего безоблачного неба четко выри­совывались контуры остроконечных пиков Рушанского хребта. Белыми пятнами сверкал на них снег. Вдаль ухо­дили скалистые гребни предгорий, глубокие ущелья спускались к долине Гунта. А за Гунтом подни­мался стеной Шугнанский хребет. Еще южнее, за широкой долиной Шах-дары, почти на пределе видимости, взды­мались громадные вершины Шахдаринского хребта. На востоке его, где склоны хребта больше всего покрыты сне­гом и льдом, находились высокие пики Маркса и Энгельса. К западу вершины постепенно понижались, и оледенение на их склонах становилось все более бедным.

Но еще дальше, уже на юго-западе из-за скалистых отрогов снова вздымались высокие снежные вершины. Они стояли тесной группой, поднимаясь на большую высоту.

Находясь на вершине Патхора, восходители выска­зали предположение, что некоторые из вершин, виднев­шихся в западной части Шахдаринского хребта, не усту­пают по высоте побежденному ими Патхору.

Высота пика Патхор была обозначена на карте 7150 м1, и перспектива обнаружить неизвестные еще вершины высотой в семь тысяч метров была чрезвычайно привлекательна для альпинистов, она представляла и
географический интерес.

Таким образом, в результате сообщения восходителей на Патхор, уже позднее, зимой 1947 г., возникла мысль об организации новой альпинистской экспедиции на юго-западный Памир, к вершинам его западной части.

***

Среди широтных хребтов советского Памира самым южным является Шахдаринский (или Ваханский). Наи­более высокие вершины этого хребта расположены в его восточной части. Это пики Карла Маркса (6700 м), Фридриха Энгельса (6500 м) и несколько далее Джентив. На запад от этих вершин гребневая линия постепенно понижается, а направление хребта изменяется: от пере­вала Шитхарв (верховье р. Бадом-дары — южного при­тока р. Шах-дары) он изгибается крутой дугой, уходя сначала на северо-запад, а затем почти точно на север.

8 месте второго перегиба на карте помечена вершина — пик Маяковского высотой в 6500 м. Здесь же, от хребта на юг, ответвляется большой отрог, который тянется до р. Пяндж. В этом месте находится центр самого южного в нашей стране горного оледенения.

Если пик Маяковского поднимается в основном хребте, то остальные вершины района, соперничающие с ним по высоте, находятся в южном отроге. На карте 1939 г. (изд. Академии наук СССР) помечена лишь еще одна вершина — пик Амбарку, но высота его не обозна­чена (она не была тогда еще определена).

Со склонов Шахдаринского хребта на юг стекает несколько рек, притоков Пянджа. В районе пика Маяковского — это р. Даршай восточнее отрога и р. Абхарв-дара западнее его. На северных склонах хребта берут начало притоки Шах-дары.

К району пика Маяковского, а этот район как раз обратил в 1946 г. внимание восходителей на Патхор, пробраться не просто. Чтобы попасть к его подножию с севера, необходимо проехать на автомашине через весь восточный Памир — около 730 км — до города Хорог. От­сюда снова на автомобиле 90 км до районного центра Рошт-кола в долине р. Шах-дары. Дальнейший путь вверх по этой долине и затем по тропам ущелья р. Бадом-дары можно проделать пешком или верхом, используя для перевозки грузов вьючных животных.

Последняя часть дороги по р. Ляджвар-дара (приток р. Бадом-дары) недоступна ни для лошадей, ни для иша­ков. Единственное вьючное животное, которое может пройти здесь вместе с пешеходом, — это як (кутас). Весь этот сложный и трудный маршрут приводит к ледникам северных цирков пика Маяковского. Вершина эта под­нимается здесь неприступной скалистой стеной, на ко­торой лишь кое-где имеются небольшие висячие ледники.

Переход на южные склоны Шахдаринского хребта возможен из верховьев Бадом-дары: перевалом Шитхарв к кишлаку того же названия на р. Пяндж или пере­валом Даршай в верховья р. Даршай, невдалеке от юж­ных цирков пика Маяковского. Оба эти перевала (пере­вал Шитхарв и перевал Даршай) ишаки и лошади пере­ходят с большим трудом. Основную трудность предста­вляет здесь путь по склонам, покрытым бесконечными каменистыми осыпями, часто очень крутыми.

Легче всего добраться к подножию пика Маяковского с юга. Памирским автомобильным трактом нужно до­ехать до озера Сасык-куль, вблизи которого ответвляется дорога через перевал Харгуш. Этой дорогой автомобиль проникает в долину р. Памир и дальше, вниз по ее те­чению, в долину р. Пяндж. Автомобилем нужно доехать до небольшого кишлака Даршай, возле устья реки того же названия. Отсюда путь ведет вверх по долине реки. Пешеходная тропа здесь доступна и для вьючного транс­порта. Путь до ледников в верховьях ущелья караван проделывает за три дня.

***

Район верховий Пянджа издавна интересовал ученых: разных стран. Однако к началу нашего века все сведе­ния об этих местах относились исключительно к самой долине Пянджа. Кое-что было известно и о долине р. Шах-дары в ее среднем и нижнем течении, где были, расположены сравнительно крупные населенные пункты и крепости Рошт-кола, Сейдж и др.

Но вся большая высокогорная область между этими: реками оставалась совершенно неизученной, хотя мест­ное население, по-видимому, издавна знало о существо­вании перевалов, ведущих через Шахдаринский хребет с севера на юг.

В книге И. Минаева «Сведения о странах по вер­ховьям Амударьи», написанной в 1879 г., имеется карта. Примечания гласят, что она дополнена по съемке топо­графа Скасси и сведениям Северцова. На этой карте вся зона между долинами Пянджа и Шах-дары не запол­нена. Лишь одна черная линия рассекает белое пятно, примерно, по его середине: это река Гарм-чашма, нане­сенная тоже лишь на основании расспросов.

Другие экспедиции, работавшие в этих же местах, ничего не прибавили к карте в интересовавшей нас вы­сокогорной зоне. В работах второй Датской Памирской экспедиции (1896-1897 гг.) на карте, составленной ее начальником О. Олуфсеном, можно видеть все ту же прибрежную зону Пянджа и робкие пунктиры отходя­щих в стороны верховий притоков (между прочим, Олуфсен называет свою карту «первой», игнорируя со­ставленную и опубликованную за шестнадцать лет до его путешествия карту русских исследователей).

В 1901 г. вверх по Пянджу от Хорога прошла этно­графическая экспедиция Бобринского, но и она ничего не прибавила к имевшимся скудным сведениям об оро­графии района. В том же году вверх по Пянджу впер­вые прошел Б.А. Федченко. Неизведанный и своеобраз­ный мир, открывшийся перед пытливым русским иссле­дователем, привлек его внимание и вызвал глубокий интерес.

В 1904 г. Федченко снова вернулся на юго-западный Памир. Во время своего второго путешествия он со своими сотрудниками неоднократно пересекал Шахдаринский хребет в его восточной и западной частях. В частности, исследователи впервые прошли через пере­вал Шитхарв из долины р. Бадом-дары в долину Пянджа. Пройдя до устья р. Даршай, они поднялись вверх по ее долине и перевалили в узкое ущелье Абхарва. Спустив­шись вниз по течению этой реки, Федченко снова попал в долину Пянджа.

Затем он проник в долину р. Гарм-чашма и устано­вил, что река далеко не так велика, как это ранее пред­полагалось, да и направление ее течения не соответст­вует изображению на карте Скасси.

В дальнейшем Федченко опубликовал составленную его экспедицией карту (Труды С.-П. Ботанич. сада, т. 30, вып. 1, 1909 г.).

Результаты его работы были столь значительны, что немецкий путешественник по Памиру Арвед Щульц, из­давший в 1916 г. в Гамбурге книгу о Памире, не смог прибавить ничего существенного к работе Федченко, а карту для своей книги, в части описываемого нами района, целиком составил по данным русского исследователя.

Последние дореволюционные русские экспедиции в Шугнан относятся к 1914 г. Летом того же года ряд маршрутов в ущельях северных притоков Пянджа прошли П.И. Беседин и Н. Тутурин (Труды С.-П. Бота­нич. сада, т. 12, вып. 1-6, П.И. Беседин «Поездка в Шугнан летом 1914 г.», 1915 г.).

В советское время исследование района продолжали главным образом геологи. В верховьях Даршая была обнаружена слюда, после чего производилась разработка этого месторождения, но оно оказалось очень неболь­шим и вскоре было исчерпано. Впоследствии маршруты по р. Даршай предпринимались главным образом для съемки геологической карты отрядами Таджикско-Памирской экспедиции. Эта работа связана с именами С.И. Клунникова и А.И. Попова. Эта съемка (глазомерная и полуинструментальная) позволила уточнить карту, состав­ленную Федченко, поскольку его карта, как это нередко бывает с картами первопроходителей, все же страдала многими погрешностями. В результате этих работ появи­лась карта Таджикской ССР.

В последние годы в верховьях Даршая снова рабо­тали геологи. Они опять произвели глазомерную съемку верховьев реки, сделали первую попытку нанести на карту и ледники, спускающиеся со склонов хребта и его отро­гов. Однако и в этой карте оказалось довольно много значительных неточностей. Все съемки производились, в лучшем случае, в середине течения ледников в преде­лах, доступных лицам, не владеющим даже элементарной техникой альпинизма. Съемка таких карт с вершин поз­волила бы давно получить более точные результаты.

Много интересного узнали альпинисты о районе сво­его путешествия. Однако самого главного не было. Ведь немногочисленные путешественники не были аль­пинистами, и они не оставили не только ни одного ука­зания о наиболее доступных путях к вершинам, но даже и описания ледников.

Высокогорная часть района оставалась совершенно неизвестной. Перед альпинистами возникли серьезные трудности. Как всегда при первой разведке вершин, представлялось гадательным — удастся ли сразу пра­вильно наметить подступы к вершинам. Ведь перебра­сывать всю экспедицию с одного склона хребта на дру­гой в памирских масштабах значило сорвать работу, рассчитанную на 1,5-2 месяца.

После изучения всех материалов мы пришли к вы­воду: основная часть экспедиции подходит к хребту с юга, по долине Даршая; с севера же через Хорог отправ­ляется небольшой отряд для обследования северных цирков пика Маяковского.

***

Экспедиция 1947 г. была организована Всесоюзным комитетом по делам физической культуры и спорта, сов­местно с добровольным спортивным обществом «Наука». Альпинисты, участники экспедиции, были главным обра­зом научными работниками и преподавателями. В состав экспедиции входили заслуженные мастера спорта: Е.А. Казакова (заместитель начальника) и В.П. Сасоров; мастера спорта — В.А. Буданов, А.Г. Громов, Г. С. Веденников, В. Ф. Мухин; альпинисты — А.И. Иванов, В.Ф. Гусев, В.А. Иванов, В.А. Тихонравов, В.И. Ни­кольский, М.Н. Звездкин, Ф.И. Соловьев и И.М. Ев­сеев (завхоз). Начальником экспедиции был утвержден автор этих строк.

После длительной и сложной подготовки, наконец, 17 июля груз был сдан в багаж и все участники размести­лись в вагоне поезда Москва—Ташкент. По железной до­роге мы доехали до города Ош. От этого старинного го­рода начиналась когда-то караванная тропа, пересекав­шая весь восточный Памир и служившая торговым путем в Китай, Афганистан, Индию. Теперь здесь начинается знаменитый Памирский автомобильный тракт, одна из величайших высокогорных дорог мира, протянувшаяся на 730 км до города Хорог, центра Горно-Бадахшанской области.

Автомобиль едет непрерывно всю ночь, и утро за­стает его мчащимся по долине реки. Непрочные породы берегов горных ущелий сильно размыты водой, образуя своеобразные каменные башни и крепостные стены, при­чудливые минареты и колоннады. В обнажениях, согну­тых гигантскими складками пород, как мазки на гигант­ской палитре, легли оранжевые, желтые и красные тона, представленные всей гаммой, от розового до вишневого и подчеркнутые зелеными и черными пятнами.

По извивающейся серпантином дороге машина взби­рается на перевал Талдык и затем стремительно несется вниз. Из-за поворота внезапно раскрывается панорама Алайской долины и цепи снеговых гигантов Заалайского хребта за ней.

***

Автомобильная поездка экспедиции заканчивается на третьи сутки почти беспрерывной езды — всего было пройдено более 700 км. В кишлаке Даршай участники экспедиции располагаются во дворе дома раиса (пред­седателя) колхоза — маленьком зеленом оазисе среди покрытых каменными осыпями склонов долины.

Колхозники кишлаков верховьев Пянджа ведут не­престанную и очень трудную борьбу с природой, отвоевы­вая у камня небольшие площадки земли и орошая их водой из арыков, тянущихся из боковых ущелий, часто на протяжении нескольких километров. В последние годы увеличилось число возделываемых культур и к неизмен­ным для горного таджика ячменю и гороху приба­вились пшеница, овес, бобы и даже картофель и морковь.

На следующий день после прибытия экспедиции в Даршай вверх по ущелью отправились две разведывательные группы. Одна из них — Сасоров, Буданов, Гро­мов и Мухин — должна была разведать подходы к пику Маяковского, другая — Казакова, Веденников — к Амбарку.

Остальным предстояло собрать караван, обеспечить переброску груза к верховьям ущелья, организовать там базовый лагерь.

Близлежащие колхозы охотно пришли на помощь эк­спедиции, и через день из Даршая вышли еще три аль­пиниста и с ними более десятка груженых ишаков. До­стать нужное количество животных, чтобы поднять сразу весь груз, нам не удалось.

Для того чтобы вступить в ущелье Даршая, надо сна­чала подняться на заканчивающую его уступ устьевую ступень. В нижней части ущелья, узкой с крутыми скло­нами, путь для животных очень труден, и на ишака можно грузить не более 50 кг. Тропа проходит по крутым, ме­стами подвижным осыпям левого склона. Кое-где тропа пролегает по круто поднимающемуся вверх карнизу (Тунг-парин), в некоторых местах здесь устроены неболь­шие овринги. Примерно после 9 км пути в узкой части реки имеется непрочный мост (Пуль-о-фурс). Вся даль­нейшая часть пути вдоль среднего и верхнего течения реки значительно легче.

Первый ночлег с караваном обычно устраивают, уже пройдя мост, на зеленой поляне на правом берегу реки (поляна Миандо). Второй день пути мы шли по хорошим, удобным для движения тропам средней части ущелья. По пути два моста: один через реку Имаст — правый приток Даршая, а вскоре за ним второй — через Даршай. Вблизи от ущелья Имаст на высоте около 3500 м расположено ячменное поле колхоза.

Последний переход через Даршай совершаем вброд, в очень широком месте, где река разливается по плоскому дну долины. В средней части долины довольно много ку­старников.

После переправы тропа по старой морене правого бе­рега обходит древний вал конечной морены, за которым на лугу, поросшем невысокой травой, расположена летовка Хамык — место второго ночлега каравана.

Третий день пути приводит в верховья долины к месту слияния трех рек, составляющих Даршай — Амбарку, Тунг и Растоу-дара. Тропа идет затем по травянистым склонам ущелья и лишь в последней части пути круто поднимается на холмы древней морены.

Здесь на небольшой, ровной площадке, поросшей тра­вой, располагается лагерь экспедиции. Посреди поляны протекает ручей. Вдали виднеется ледяная стена пика Амбарку. Вблизи излюбленные места пастбищ яков; ки­зяка для костров здесь достаточно.

***

Все грузы экспедиции доставлены в лагерь. Снова собрались вместе вернувшиеся из разведок участники. Пришли Тихонравов, В. Иванов и Звездкин — «северная» разведывательная группа. К этому времени уже была проделана значительная работа по ознакомлению с райо­ном, определению путей к основным вершинам всего гор­ного узла. Можно было подвести первые итоги.

Отрог, отходящий от Шахдаринского хребта у пика Маяковского, тянется на юг примерно посредине выступа, образованного изгибом р. Пяндж. B той части отрога, которую обследовала экспедиция, его склоны характе­ризуются довольно значительным оледенением.

Между двумя наиболее высокими вершинами района, пиком Маяковского (6096 м) и пиком Академика Берга (6094 м), расположено еще восемь значительных вершин (от 5500 до 6000 м) и несколько более низких (5200-5500 м). Возле пика Амбарку от его южного отрога от­деляется на восток ответвление, в котором и стоит пик Берга. Шахдаринский хребет, его южный отрог и восточ­ное ответвление образуют как бы дугу, обращенную вы­пуклостью на запад.

В этой дуге имеются три основных цирка, ледники ко­торых дают начало рекам Амбарку, Тунгу (или Катель) и Растоу-дара. Лагерь нашей экспедиции был расположен в таком месте, что из него мы могли достичь любого из ледников, подняться к каждой вершине, а правильное расположение «Основного лагеря» во многом определяет возможности и успех любой экспедиции.

Первые два разведывательных восхождения были сде­ланы на пик Трезубец (5469 м) и пик Центральный (5180 м). Сасоров и его спутники с пика Трезубец осмо­трели возможные пути восхождения на пик Маяковского. С пика Центрального А. Иванов и Гусев зарисовали и засняли всю панораму района. Вершина этого пика пред­ставляла собой идеальный наблюдательный пункт, с ко­торого хорошо просматривались все вершины и ледники.



Схема района работ экспедиции 1947 г.

«Лет» — летовки, летние пастбища.


На востоке перед восходителями поднимался пик Берга, четко вырисовываясь своей острой вершиной на безоблачном синем небе. Тонкая снежная кромка вдоль ребра указывала на снежный склон по другую сторону пика.

Рядом с пиком Берга, в том же ответвлении, стоял пик Имаст, сверкавший на солнце своими крутыми ледя­ными склонами, разорванными черной паутиной трещин. Еще дальше тянулся гребень, ведущий к пику Амбарку.

Его северные склоны, замыкавшие цирк ледника Амбарку, обрывались стеной с висячими ледниками и нависающими с гребня ледяными глыбами.

С запада первый цирк замыкали плавные округлые контуры пика Снежного, отделенного от Амбарку кра­сивой седловиной. От следующего цирка ледник Амбарку отделялся небольшим ответвлением, отходящим от основ­ного отрога на северо-восток. Узловой вершиной здесь был пик Кальгаспорный.

В следующем цирке поднималась четвертая по вы­соте вершина района — пик Абхарв (5980 м). Эта вершина заметна уже издалека при движении вверх по долине Дар-шая. Она почти сплошь покрыта снегом и льдом, среди которого на самом верху выделяется одинокая скала. Не­смотря на то, что этот пик не был включен в план восхож­дений экспедиции, можно утверждать, что по условиям и доступности восхождения Абхарв не отличается от ос­новных вершин района.

Далее на север в этом цирке высятся еще две вер­шины. Между пиком Перевальным (5596 м) и пиком №8 (5743 м) находится перевал Абхарв, неправильно пока­занный на некоторых картах несколько южнее пика Пе­ревального. Так же как и первый, этот второй цирк лед­ника Абхарв ограничен с севера ответвлением, отходя­щим на восток.

Основная масса ледников всего узла сосредоточена вблизи пика Маяковского, в северо-западном углу района. Здесь в последнем цирке или, вернее, в системе цирков залегают три больших ледника, соединяющихся своими языками, и несколько ледников поменьше. Большие лед­ники достигают почти шести километров в длину. Распо­ложенные рядом и отделенные лишь узкими моренами или невысокими отрогами, они создают впечатление сплошного ледяного пространства. И над всем этим ледя­ным царством поднимается массивный пик Маяковского. Его южные склоны почти полностью покрыты снегом и льдом, скал здесь почти не видно.

...Так рисовалось расположение вершин и ледников района по сообщениям и зарисовкам всех разведыватель­ных групп. В результате разведок не только была уста­новлена орографическая схема района, но и намечены и осмотрены пути будущих восхождений. А. Иванов и В. Гусев производили работы по фотограмметрической съемке района, совершив при этом восхождения на пики Центральный и Перевальный, и прошли несколько мар­шрутов по ледникам.




Над всем этим ледяным царством поднимается

массив пика Маяковского (6096 м).

Фото Д. Затуловского

Казакова и Веденников вели разведку в ущелье Имаст. Здесь они обнаружили два ледниковых цирка, из которых берут начало потоки, составляющие реку Имаст. Над цирками поднимались вершины, из которых основ­ные, наиболее высокие находились на севере и северо-востоке. Сличение результатов этой разведки с данными остальных групп показало, что группа Казаковой — Веденникова наблюдала из ущелья Имаст южные склоны пиков Амбарку, Имаст и Берга. Основным результатом их разведки было установление возможности восхожде­ния на эти вершины также и из ущелья Имаст. Особенно важным оказался осмотр с юга пика Берга — только с этой стороны и молено было увидеть сравнительно до­ступный снежный склон, по которому и было совершено затем восхождение.

Разведка группы Сасорова установила полную воз­можность восхождения на пик Маяковского с юга и на­метила маршруты по восточному и западному ледникам. Одновременно была установлена возможность перевалить на запад в верховья ущелья Абхарв.

Интересный маршрут проделала северная разведыва­тельная группа Тихонравова. Войдя в ущелье р. Ляджвар, группа в 4 км от его начала была вынуждена оста­вить вьючных животных и двигаться дальше с рюкза­ками на плечах. Пройдя все ущелье по крутым осыпям и травянистым склонам левого берега, альпинисты вышли в верховья долины, где перед ними открылся пик Маяков­ского. Его трехглавый массив замыкал долину.

Северные склоны пика представляют собой отвесные километровые скалистые стены с небольшими висячими ледниками, концы которых нависают над обрывом.

От восточной вершины пика отходят два гребня. Юго-восточный гребень имеет три вершины и тянется на 7 км, подходя к пику Ляджвар, от которого отделен крутым языком ледника, переваливающего с юга, где располо­жены питающие его фирновые поля.

Подъем по этому леднику хотя и труден, но вполне возможен. Здесь, по-видимому, находится единственное место во всем гребне Ляджвар — пик Маяковского, где можно предположить возможность перехода на юг в вер­ховья Даршая.

Второй восточный гребень намного короче и круто спускается в долину Ляджвара. В ущелье между обоими гребнями лежит большой ледник. По оценке Тихонра­вова, подъем на пик Маяковского с севера возможен по короткому гребню, отходящему на север от западной вер­шины пика. Но путь здесь должен быть очень сложным.

Группа вышла на большой ледник, заполнявший вер­ховья долины, и поднялась с него по очень крутым фир­новым склонам на гребень (5400 м) Шахдаринского хребта, западнее пика Маяковского. Вблизи от этого места хребет от вершины «5600» поворачивает на север.

Группа рассчитывала найти здесь перевал, ведущий на юг, но ее надежды не оправдались. На юг гребень хребта обрывался крутой двухсотметровой скалистой стеной, хотя ниже ее путь не представлял особых труд­ностей, но условия спуска по верхним скалам не давали права назвать этот пункт перевалом. Перевальную седло­вину группа увидела лишь несколько дальше, в верховьях западной части ледника. Отсюда возможен спуск в ущелье Абхарв по сползающему с западных склонов хребта леднику. Выполнив свою работу, группа вышла вновь в долину р. Бадом-дара и через перевал Даршай возвратилась в основной лагерь.

Разведывательные восхождения и походы дали альпи­нистам возможность познакомиться с некоторыми харак­терными особенностями района.




Среди «зарослей» кальгаспоров пика Перевального

Фото А. Иванова


Первая из них — асимметрия в форме склонов. В Шахдаринском хребте и в его отрогах западные и особенно северные склоны очень круты и часто образуют отвесные стены — обрывы в несколько сот метров высотой. В то ж© время восточные и особенно южные склоны значительно более пологи. Таким образом, можно заранее наметить возможные направления всех восхождений.

Вторая особенность района — своеобразный характер поверхности ледников и фирновых полей. Мы много слы­шали о «кальгаспорах»1, или «снегах кающихся». Густы­ми рядами торчат они здесь на всех ледниках, занимая громадные пространства. Иглы их поднимаются на высоту от нескольких сантиметров до двух метров. Как частые заросли, препятствуют они движению, не только преграждая путь, но и угрожая поранить острыми краями.

Если на северо-западном Памире и на ледниках дру­гих стран «снега кающихся» представляют собой фир­новые наклонные конусы, то здесь, по-видимому, в резуль­тате пропитывания их талой водой и неоднократного про­мерзания, иглы и пластины кальгаспоров превратились к середине лета в лед. Только' на высотах, превышающих 5500 м, сохраняют они фирновую сердцевину. Чем ниже по леднику, тем более подвергались таянию кальга­споры. Таяние их происходит, в первую очередь за счет боковых сторон (промежутков между рядами), и они по­степенно становятся все тоньше и, наконец, превращаются в тонкие ледяные пластинки причудливой конфигурации.

Установить определенную закономерность распро­странения кальгаспоров на ледниках альпинистам не уда­лось. Было лишь замечено, что на северных и западных склонах их меньше; особенно это относится к крутым участкам ледяной поверхности. Имеется, по-видимому, связь между направлением воздушных потоков и образо­ванием кальгаспоров: их больше вблизи значительных понижений хребта, откуда проникают массы воздуха, го­нимые главенствующими в долине Пянджа западными ветрами.

На крутых склонах кальгаспоры не мешают альпини­стам, но даже помогают им. Если через кальгаспоры бы­вает трудно пробраться, то сквозь них трудно и упасть. Это позволяет во многих случаях обойтись без страховки и рубки ступеней даже на очень крутых местах.

Когда разведывательные походы и восхождения были закончены, мы могли наметить основные объекты спор­тивных восхождений. Участники экспедиции решили победить пики Маяковского, Амбарку, Имаст и Берга.

При осмотре крутых северных склонов пика Амбарку представлялось, что наиболее удобным будет восхожде­ние по западному гребню вершины, спускающемуся к доступной седловине между Амбарку и пиком Снежным.

Для проверки этого предположения 10 августа Каза­кова и Веденников вышли к пику Снежный. Они должны были подняться на него и просмотреть западный гребень Амбарку. Второй целью их восхождения была трени­ровка.

В цирк ледника Амбарку ведет длинный и нудный путь по срединной морене. После выхода из лагеря при­ходится переправиться через бурный поток, обтекающий ледник справа. Морена покрывает толстым слоем всю поверхность ледника, глубоко вдающегося в долину. По мере подъема альпинисты увидели справа и слева среди темных камней белые пятна свободного льда. По­степенно морена сузилась, но тянулась узкой полосой почти до самого подножья стены Амбарку.

Цирк ледника широко раскинулся с востока на запад. Слева по ходу, на востоке, были хорошо видны ледник, лежащий у подножья пика Берга, и ледяные массы, спу­скающиеся по крутым склонам пика Имаст. Прямо перед альпинистами поднимались отвесные склоны и льды се­верной стены Амбарку. Вправо уходили верховья лед­ника и основная масса питающих его фирновых полей. Поверхность ледника почти вся покрыта щетиной кальгаспоров. Они очень невелики внизу, но вдали, на скло­нах виднеются иглы весьма солидных размеров.

Веденников и Казакова свернули вправо в направле­нии снежника, ведущего к вершине с запада. Было 8 ча­сов вечера, когда альпинисты перешли ледник и остано­вились на ночлег у левобережной морены. Альтиметр показывал высоту 4700 м.

Рано утром, оставив на месте ночевки свои вещи, альпинисты начали подъем на кошках. Нужно было под­няться по крутому моренному склону, спускающемуся с седловины между пиком Снежным и его западным сосе­дом — пиком Кальгаспорным. Лед в нескольких местах прерывали трещины. К 11 часам утра восходители до­стигли седловины (5300 м). Западное ребро Амбарку отсюда не было видно.

Дальнейший путь шел по северо-западному гребню, покрытому фирном. Здесь кошки больше не нужны, их оставили на седловине.

Налетавший резкими шквалистыми порывами ветер нес крупу, бросая ее в лицо людям. Местами прихо­дилось прокладывать себе дорогу, проламывая своим те­лом заросли кальгаспоров. К 3 часам дня альпинисты прошли последние метры подъема и вышли на вершину. Первый же взгляд был направлен в сторону Амбарку. Но здесь ждало разочарование. Западный гребень, пред­ставлявшийся снизу доступным фирновым ребром, оказался очень трудным. Невидимые снизу нависающие скальные плиты были покрыты тонким слоем льда. Штурм пика с этой стороны был маловероятен.

Можно было бы спуститься обратно по долине Даршая и совершить восхождение со стороны верховьев Имаста. Однако такой маршрут отнял бы много времени, и его можно было предпринять только при полной невоз­можности достичь вершины от лагеря. Внимательный осмотр всей северной стены открыл выход на восточный гребень.

Там, где стена примыкает к массиву Имаст, с гребня спускается крутой, изборожденный широкими трещи­нами, но все же доступный ледник. Он ведет на вершин­ный гребень.

***

14 августа две группы одновременно вышли из ла­геря: Казакова, Сасоров, Веденников, Тихонравов и Ни­кольский отправлялись к пику Берга; Буданов, Громов, В. Иванов и Звездкин — на пик Амбарку.

Было 8 часов утра, когда Буданов с товарищами вышли из лагеря. К верхней части ледника Амбарку они шли по морене, которой поднимались Казакова и Веденников. Накануне Буданов осмотрел будущий путь вос­хождения.

В 10 час. 30 мин. группа вступила на чистый лед и к полудню достигла восточного ребра пика Имаст, возле которого спускался висячий ледник — путь на гребень.

Поднявшись отсюда по крутому снежнику, альпини­сты подошли к северной стене. На ледяном склоне чер­нела сверху широкая подгорная трещина, нависали зеле­новатые глыбы льда. Группа пересекала склон, двигаясь под этими сбросами, другого пути не было.

...Ледоруб описывает в воздухе дугу. Удар. Куски льда разлетаются брызгами. Два-три удара, и в крепком льду появляется ступенька. Обутая в кошку нога встает в маленькое углубление. Вырубается еще одна сту­пенька, еще и еще. С большого расстояния видны на льду зигзаги темных пятен, возникающих на склоне. Местами уклон достигает 60°, переходя в ледяные стенки высотой до 60 м.

Кальгаспоров здесь не было, а хрупкий лед не давал надежной опоры на своей гладкой поверхности. При забивании крюка он откалывался тонкими пластинками, и крючья выскакивали. Для страховки приходилось спу­скаться в трещины и с ледяных площадок страховать «че­рез плечо».

После стенки альпинисты вступили в зону трещин — небольшой, но очень крутой ледопад.

Около 400 м по вертикали прошла группа по леднику и к 5 часам вечера оказалась, наконец, на гребне Амбарку. Но там, где предполагали увидеть неширокий гре­бень и спускающиеся на юг склоны, раскинулось боль­шое пологое снежное плато. В юго-западном углу его виднелась высшая точка пика, которая не была видна из ущелья Амбарку.

В конце плато нужно было преодолеть еще один «ру­той участок, чтобы достичь вершины, но это было делом завтрашнего дня.

На утро, когда ночной холод еще не сменился днев­ной жарой, Буданов и его спутники двигались дальше, огибая плато по его южному краю, затем они обошли крутые сбросы и трещины восточного склона вершинного гребня. Здесь восходителям снова пришлось преодоле­вать стометровую ледяную стенку крутизной более 60° и после нее очень крутой снежный склон. Этот склон вы­вел на предвершину. Сама же вершина представляла со­бой острый скальный выступ высотой в 50-60 м1.

***

Группа Казаковой отправилась на пик Берга через несколько минут после выхода Буданова. Восходители двинулись от лагеря на восток. Нужно было обойти не­большой отрог, чтобы попасть в ущелье, по дну которого бурлила река, вытекающая из ледника на северных скло­нах пика.

За хребтом склона открылось ущелье. В глубине его над ледником поднимался скалистой пирамидой пик Берга.

Обращенная к ущелью стена почти отвесна, и снег на ней не удерживается. Левое северо-восточное ребро пика более полого, чем западное, оно скрыто невидимым снизу скальным склоном, по которому группа намерева­лась подняться к вершине.

Северо-западное ребро, понижаясь, образовывает седловину. К ней можно подняться по очень крутым фирновым склонам, питающим ледник, залегающий у подножья пика.

В 9 час. 40 мин. альпинисты начали подниматься по крупным обломкам левобережной морены. В 11 час. группа вышла на ледник длиной около 3 км. В нижней части он течет довольно полого, но восходителям прихо­дится проламывать путь среди кальгаспоров.

После двух часов пути кальгаспоры поредели, начался крутой подъем по ледяному склону к седловине. От на­чала ущелья, где альтиметр показывал 4300 м, до кру­той части подъема группа поднялась на 500 м по вер­тикали.

Альпинисты одели кошки. Медленно, двигаясь зиг­загами, они поднимались к седловине, достигнув ее к 3 час. 30 мин. дня. Высота 5000 м. Впереди открывался ведущий к вершине восточный склон. На небольшой ска­листой площадке у седловины был устроен ночлег.

С утра предстояло подняться по крутому фирновому склону, местами изобилующему трещинами и сбросами. Он выводил на доступный участок северо-восточного гребня.

С площадки, где ночевали альпинисты, они спусти­лись на лед. Быстро одев кошки и связавшись верев­ками, восходители начали подъем: Сасоров с Тихонравовым, Казакова с Веденниковым и Никольским.

Крутизна склона достигала местами 50°. Но здесь не пришлось вырубать ступени — выручили кальгаспоры. Иглы обеспечивали хотя и трудный, но вполне доступный и достаточно безопасный путь. Попеременную страховку применяли только, проходя зоны трещин и преодолевая сбросы.

Медленное и однообразное продвижение. Чередова­ние крутых участков и трещин. Кальгаспоры... кальга­споры. Семь часов подъема потребовалось, чтобы обе связки альпинистов, пройдя оставшиеся 800 м, оказались на вершине1.




Пики Берга (6094 м) и Имаст (5976м).

Снимок сделан с бивуака под пиком Маяковского

Фото Д. Затуловского

Вершина пика представляла собой снежный конус. С северной стороны его, где тысячеметровым обрывом опускается вниз стена, торчали из снега скалы. Острым барьером огораживали они площадку вершины.

Альпинисты засняли фотопанорамы, сделали засечки на окружающие вершины. Вдали на снежном поле пред­вершинного плато Амбарку они увидали быстро двигав­шиеся черные точки. Это была группа Буданова, начавшая спуск. В чистом горном воздухе далеко разносятся звуки, и на дружный крик с пика Берга долетел ответ с гребня Амбарку.

В 16 час. 40 мин. Казакова и ее спутники начали спуск.

***

Провожавший группу Буданова В. Мухин вернулся в лагерь и рассказал, что восходители в этот же день выйдут на гребень пика.

Это позволило группе, бывшей в резерве, - А. Иванову, В. Гусеву и И. Евсееву – подняться на пик Имаст. Все три группы, поднимавшиеся на соседние вершины должны были сохранять зрительную связь.

Группа двинулась к верховьям ущелья Амбарку в 5 час. дня. В это время легко проходимые в утренние часы потоки бурлили и пенились, затрудняя переправы.

Альпинисты вступили на ледник, залегающий в цирке между пиками Берга и Имаст. По крутому, до 45°, уклону восходители шли, не одевая кошек. По­верхность льда была изрыта горизонтальными боро­здами, покрыта небольшими кальгаспорами, и люди шли по естественным ступеням.

После крутого участка более пологим путем группа вышла к фирновым склонам северо-западного подножья ребра пика Имаст. Еще 150 м крутого подъема по фирну, и альпинисты оказались у выходов скал на вы­соте около 4800 м.

Уже темнело, когда Иванов и его товарищи начали располагаться на ночь, выбрав просторную щебнистую площадку.

Было сравнительно тепло. Журчали ручьи талой воды, замерзавшие не ранее полуночи, когда темпера­тура опускалась до 3-5° мороза.

В 8 часов утра восходители отправились дальше. Солнце ещё только осветило склоны. Двигаясь вдоль под­ножья рёбра, по пологому и гладкому фирновому склону восходители, миновав высокий скалистый выступ ребра, подошли к фирновому склону, спускающемуся с гребня ребра. Люди остановились, чтобы одеть кошки и свя­заться.

Невдалеке от них со скального уступа свисал огром­ный фирновый карниз. Гигантской бахромой спускались ледяные сосульки, переливавшиеся всеми цветами ра­дуги. Некоторые из этих сосулек достигали двух и даже трех десятков метров.

Любоваться чудесами горного мира было некогда, и восходители снова двинулись к гребню. Подъем по очень крутому склону требовал тщательной страховки. Перед выходом на гребень путь преградила широкая тре­щина с отвесной верхней стенкой. Пришлось немало по­трудиться, чтобы перебраться на другую сторону.

Здесь на гребне (5100 м) группа остановилась пере­дохнуть. Уточнив дальнейший маршрут, альпинисты ре­шили двигаться дальше без палаток и спальных мешков. Восходители рассчитывали без груза быстро достичь вер­шины и засветло вернуться к месту бивуака.

По северным склонам вблизи гребня ребра они под­нялись до высоты 5200 м, где скалистый гребень высокими отвесными ступенями уходил к вершине. Альпинисты перешли здесь на ледник по южную сторону, ребра, дви­гаясь вплотную к его основанию. Подъему по очень кру­тому фирновому склону (до 65°) высотой около 350 м снова помогали кальгаспоры, но большая крутизна и опасности этого участка заставили двигаться со страхов­кой. Склон переходил в крутой ледопад с широкими, хао­тически расположенными трещинами. Три часа продолжался подъем по крутому фирну, и, наконец, группа вышла на снежную площадку ребра, выше скалистых уступов. Здесь снова была оставлена часть груза. От этого места гребень изгибался к югу. Склоны его покрыты фирном и имеют крутизну до 70-80°. Весь остальной путь до вершины группа шла по гребню, уклон которого достигал 40-45°.



Пик Амбарку (с вершины пика Имаст). Виден кру­той ледник,

по которому группа В. Буданова под­нялась на предвершинное плато

Фото В. Гусева


Поднимаясь к вершине Имаст, Иванов и Гусев одно­временно наблюдали за склонами Амбарку, стараясь раз­глядеть группу Буданова, которая была где-то у вер­шины. Наконец, стали видны черные точки, попарно дви­гавшиеся к вершинному куполу Амбарку. Было ясно, что успех группе Буданова обеспечен.

Через час, уже перед самой вершиной, в одном из наи­более крутых участков гребня (до 60°) группа Иванова попала в полосу сухого, пушистого снега, в котором че­ловек увязает по пояс. С трудом подминая снег, альпи­нисты выбрались на твердую поверхность и несколько минут спустя были на вершине.

Альтиметр показывал 5900 м1. Вершина представляла собой продолговатую щебнистую площадку. Иванов и Гу­сев снимали фотопанорамы и делали засечки на окружа­ющие вершины, Евсеев складывал тур2.

Погода портилась. Появились облака, резкими поры­вами налегал холодный ветер. Сорок минут пробыли аль­пинисты на вершине. Они уже собирались спускаться, когда вдруг на вершине пика Берга показались крошеч­ные фигурки, черными силуэтами выделявшиеся на фоне неба. Это была группа Казаковой.

***

Прошло еще несколько дней. Семь первовосхождений было уже совершено участниками экспедиции. 17 авгу­ста Казакова, Сасоров, Веденников и Тихонравов ушли в Хорог через ряд перевалов. В их задачу входило выяс­нить расположение ущелий на запад от района работ экс­педиции. Прибыв в Хорог, они должны были помочь топо­графам. Оставшиеся в лагере участники экспедиции готовились выйти в последнее из основных восхожде­ний — на пик Маяковского.

Приближался сентябрь. По утрам и вечерами станови­лось все холоднее. Ручей, протекавший по территории основного лагеря, освобождался теперь от ночного льда лишь к полудню.

...Ясным утром 18 августа все участники экспедиции выстроились перед палатками. К пику уходят все альпи­нисты. Часть из них пойдет до вершины, остальные через день вернутся обратно.

Группа направляется к потоку Амбарку и на другую сторону переходит по соединяющей оба берега плоской скалистой плите.

Тропы ведут вверх по левому берегу долины р. Ростоу-дара. Каменные осыпи сменяют травянистые склоны. Несколько часов спустя «цепочка» выходит на ледник, прегражденный невысокими, но частыми кальгаспорами. Текут ручьи талой воды, местами лишь прозрачные ко­рочки льда скрывают лужи, в которые то и дело провали­ваются ноги. Несколько часов отняло пересечение двух сливающихся ледников, отгороженных срединной мореной. Вечер застал восходителей на небольшой щебнистой пло­щадке у конца восточного (орографически правого) языка ледника, спускающегося с пика на юг.

Маленький палаточный городок оживил ледяную пустыню. В походных кухнях над голубым пламенем табле­ток «Гексы» закипели котелки с супом, чаем, киселем.

С площадки лагеря открывался превосходный вид на юг, где поднимались снежные купола пиков Берга и Имаст.

Группа вышла в 9 час. 50 мин. во главе с начальником штурма В. Будановым и начала подниматься с пло­щадки лагеря прямо вверх по каменистому склону, вдоль ручья, вытекавшего из ледника. Через полчаса альпи­нисты были на льду.

Крутизна ледника в его нижней части составляла 20-40°. Цепочка альпинистов двигалась широкими зиг­загами, неуклонно поднимаясь к небольшой гряде скал и каменных обломков. Эта гряда спускается от вершины почти до середины горы. На одном из темных каменных островов, возвышавшемся на сплошном льду, было наме­чено устроить бивуак.

До места, выбранного для бивуака, еще далеко, а ще­тина кальгаспоров становится все более высокой. Прихо­дится поочередно прокладывать путь, проламывая про­секу среди ледяных игл. Ноги глубоко увязают в рыхлом снегу, застревают в нешироких трещинах. Заросли каль­гаспоров тянутся до самой вершины, затрудняя путь. Каждые пять — десять минут приходится сменять ведущего, который прокладывает своим телом траншею в чаще ле­дяных игл.



На пик Маяковского

Фото А. Иванова


Вскоре альпинисты достигают, а затем и превышают уровень вершины Эльбруса, но спортсмены уже при­выкли к высоте и идут хорошо.

К 4 часам дня связки восходителей достигли каменистой гряды. Около двух часов потребовалось, чтобы разравнять и выложить три площадки для установки па­латок. Вода здесь имелась, поблизости протекал ручеек, который замерзал только ночью.

В 8 час. 30 мин. утра следующего дня альпинисты вышли к вершине, захватив лишь кошки и веревки, кото­рые тоже не понадобились.

Между промерзшими за ночь кальгаспорами снег стал прочнее, итти легче, чем днем, маршрут — восточная вер­шина. После крутого склона в 50-60° альпинисты вы­шли к седловине между двумя основными вершинами пика. К восточной вершине поднимался широкий камени­стый гребень, и восходители сначала направились к глав­ной вершине.

В 11 часов на главную вершину1 поднялись: Буданов, Громов, А. и В. Ивановы, Гусев, Никольский, Евсеев, Звездкин и Мухин. Они сложили необычайный тур около двух метров высотой — так просили их сделать топо­графы. «Строительство» на высоте 6096 м было нелег­ким делом большая высота затрудняла движения, вызы­вая сильную одышку. После нескольких движений прихо­дилось отдыхать. Но вот тур сложен, необходимые наблюдения, зарисовки и фотографирование проведены. Безоблачная погода, превосходная видимость. На сотни километров уходят хребты... Пик Маркса, пик Энгельса, севернее их острые контуры вершин Шугнанского и Рушанского хребтов. Хорошо виден и Патхор...

Полтора часа пробыли альпинисты на главной вер­шине. После этого они поднялись на восточную вершину, а вечером уже варили ужин на площадке, с которой было начато восхождение.

***

...Последние дни существовал основной лагерь. Была взята еще одна вершина «Пик № 5». Восходители расска­зывали о кальгаспорах, намного превышающих человече­ский рост.

Работа закончена. Оставалось перебросить через хре­бет в Хорог 600-700 кг груза, а путь предстоял нелегкий. Наконец, холодным утром лагерь был снят. Послед­ние палатки упаковали, уложив их на спинах яков. Ра­диостанция, послав сообщение о ликвидации лагеря, так­же была уложена в один из вьюков.

Медленно движутся десять тяжело груженых косма­тых кутасов. Все участники экспедиции и радисты-погра­ничники заняли свои места в караване, взяв в руки ве­ревки, пропущенные сквозь отверстия в ноздрях кутасов. Караванщики на ходу обучают альпинистов несложной технике управления животными.

В первый день прошли немного. Бивуак разбили в долине р. Даршай у начала подъема к перевалу. Выход наметили на ночь и оставшееся время посвятили отдыху, а главное, многочасовому ожиданию жаркого из козла, мясо которого оказалось настолько жестким, что были за­ключены пари, разварится ли оно вообще.

Стемнело, стало прохладнее. Караванщики ушли в го­сти к своим односельчанам на летние пастбища. Между рядами тюков уснули альпинисты. Время от времени хрю­кают яки. В три часа утра крики караванщиков разбудили уснувших людей.

Скорее в путь. Двадцать минут спустя караван начал подъем по правому склону долины.

Первые два часа склоны слегка освещает луна. Ее бледный свет пробивается сквозь облака, и мы смутно ви­дим нагромождения камней на склоне. Но вскоре стано­вится совсем темно. Низкая, южная луна исчезла за хреб­тами гор. Ничего не видно, кроме впереди идущего яка,, черным пятном расплывающегося во тьме. Из-под ног по крутому склону летят камни. Иногда животные и люди скользят вместе с щебнем и песком мелкой подвижной осыпи. В таких местах за караваном на склоне остается глубокая борозда.

Все молчат, лишь время от времени раздаются прон­зительные крики караванбаши Реджим-бека:

— Гоняй, гоняй.

Нужно проделать весь подъем до наступления днев­ной жары, которую высокогорные животные переносят с трудом. Под ногами бесконечные осыпи. Крупные глыбы сменяются мелкими, затем снова большими кам­нями. Яки осторожно выбирают место для ног, с пора­зительной точностью ставя их на неустойчивые каменные глыбы. Альпинисты восхищенно отмечают, что задняя нога животного неизменно становится на то же место, где только что была передняя.

Рассвет давно уже окрасил снежные пики замыкаю­щего горизонт Гиндукуша. Спустившись, лучи солнца осветили ближние гребни, а потом и склоны под ними. Стало тепло, люди приободрились. Только склон, по которому идет караван, еще в тени. Почти восемь часов длился подъем к перевалу. Последняя, очень крутая и коварная осыпь, и вот подъем позади. Перевал Даршай (5100 м) ничем не примечателен. На север спускается открытый ледник, весь снег давно стаял. Хотя копыта яков скользят по льду на крутых местах, животные вновь поражают нас своей ловкостью и сно­ровкой. Однако и эти горные труженики устали, их длин­ная шерсть вымокла от пота.



Караван экспедиции спускается с перевала Даршай (5100 м)

Фото А. Иванова


Несмотря на усталость, мы торопимся вниз, к зеле­ным склонам Бадом-дары, одного из значительных прито­ков Шах-дары. Здесь в ущелье появляется более богатая растительность, местами тянутся густые заросли кустар­ников и деревьев.

В Хороге экспедиция вновь соединилась с группой Казаковой.

Топографы не смогли использовать всех альпинистов, и только Веденников отправился дальше в горы в одну из топографических партий; следом за ним двинулся и Евсеев.

Веденников направился в верховья ущелья Ванч. Его задачей было совершить восхождение на одну из вер­шин, установить там триангуляционный пункт. 4 сентября он вышел с топографами к подножью намеченной вер­шины, вечером следующего дня на льду был разбит не­большой лагерь.

Восхождение началось рано утром 7 сентября. На вершину с Веденниковым двинулись два солдата топогра­фической группы. К вечеру после трудного скалолазания они достигли вершины пика Техарв, выполнив поставлен­ную задачу. К ночи восходители вернулись в лагерь.

Евсеев в верховьях Язгулема совершил два восхождения – на вершины Нишуст (6100 м) и Безымянную (5700 м).

***

Осенней ночью экспедиция вернулась в Москву. Вскоре были подведены первые итоги. Участники экспедиции совершили 12 первовосхождений на вершины от второй до четвертой категории трудности (35 человеко-восхождений). Сделано несколько высокогорных маршру­тов, во время которых пройдено три перевала, два из них — впервые. Члены экспедиции за время пребывания на Памире провели в общей сложности более 250 дней на высокогорной работе.

Для составления карты хребтов и ледников обсле­дованного района по методу альпиниста А.И. Иванова1 сделано более десятка фотопанорам с вершин произве­дено большое число засечек. Получена полная альпинист­ская характеристика вершин района. В этом отношении его обследование можно считать законченным за все время работы экспедиции не было ни одного несчастного случая, ни одной травмы.


1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   35

Похожие:

А. А. Жданов iconТеория регуляции кроветворения в норме и при патологии александр Михайлович дыгай, Вадим Вадимович жданов
Ключевые слова: кроветворение, регуляция, экстремальные воздействия, миелосупрессии, гемопоэзиндуцирующее микроокружение
А. А. Жданов iconСборник задач по физике. Жданов. Учебник по физике
Парахина А. В. Учебник английского языка для средних специальных учебных заведений
А. А. Жданов iconНовички развивают самую кипучую деятельность. Какое слово мы заменили словом новички?
Эти вопросы задал А. А. Жданов (секретарь Ленинградского обкома) при разработке маршрута Дороги Жизни
А. А. Жданов icon«Пензенский государственный университет» Медицинский институт Кафедра хирургии рпд 03-2002
И. М. Сеченова (зав кафедрой профессор О. А. Долина) и Саратовского государственного медицинского университета (зав кафедрой профессор...
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib2.znate.ru 2012
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница